— Берегитесь.

Оклик привлек внимание Амори, а в тот миг, когда петли начали отваливаться, его глаза расширились от удивления и ужаса. Создание, что вырвалось наружу, вызвало в нем лишь одно желание: бежать.

Он уже собрался развернуться и попытаться выбежать за ворота, но замялся, поскольку его брат был вблизи этой твари, от чего решил сначала дождаться своих спутников и уже потянулся за своим луком, чтобы отвлекать стража Артели. Волна непонимания и гнева нахлынула на него, когда все вбежали внутрь здания. Мужчина не понимал, зачем было бежать туда, откуда это создание их отгоняло, но сомнение продлилось недолго и он тоже решил попытать счастье, не желая бросать Аурелиана. Резким рывком, он побежал в сторону прохода, когда пламенное создание решило нанести по нему удар, но десминерец был готов к этому и в последний момент увернулся от атаки.

Оказавшись внутри Артели, он не сбавляя темпа продолжал бежать, лихорадочно бегая глазами по помещению, в поисках укрытия. Именно в этот момент, он почувствовал как что-то с силой толкнуло его в спину, заставив потерять равновесие. Амори подумал, что его опрокинуло каким-либо воздушным потоком, пока не ощутил боль, накатывающую на него волной.

Нестерпимый жар резко и бесцеремонно выгнал прочь всякие мысли из его головы, оставив один на один со страданием окутавшим все его естество. Боль была яркой, заставившей обращать на себя все доступное внимание, и мужчина оправдал ее ожидания. Он забыл обо всем: брате, спутницах, страже Артели, демонах. Крик залил все его горло, быстро переходя в утробный вой нескончаемых мучений. Он дергался, даже не в попытках сбить пламя, а в попытках убежать от своих ощущений, беспрестанно метаясь и перекатываясь на полу. Но спасения не было и быть не могло.

Если какие-то мысли и пытались прорваться в его сознание, так это проклятия: На отца, который просил поехать с братом. На демонов, что заставили его выживать в данном городе. На брата и спутниц, которых ему надо было просто бросить, а не думать о том, что не стоит их оставлять наедине с этой тварью. Но эти мысли не смогли пробиться через ту стену, что воздвигло пламя, окутавшее его. Он один со своими ощущениями и спасения от этого быть не могло.

[Совместный пост: Эвелин, КМ]

— Здесь очень холодно. Пока я провожу обработку ран, нужно затопить очаг и найти одежду, которую потом наденет господин Флери. Полагаю, с этим может справиться его брат, верно? — она глянула на Аурелиана, а потом снова на Эвелин. — Чтобы не терять времени — отправляйся за тем, за чем пришла. Ты маг, а значит имеешь право находиться в Артели. Иди с этой мыслью, но остерегайся ловушек.

В помещении и правда было холодно, особенно без накидки, что теперь покоилась под раненым. Эвелин вынула из сумки меховую безрукавку и надела ту на себя, затем захватила лук и колчан со стрелами.

— Думаю, так и правда будет лучше, и спасибо за совет, - прежде чем уйти, Эвелин взглянула на спящего Амори, - надеюсь, с ним всё будет в порядке.

Выглянув из-за двери, она заметила в другом углу залы металлическую тварь, что всё так же настырно искала нарушителей. Посередине соседней стены же находилась лестница на следующий этаж. Решив, что на первом этаже она ничего не найдёт, Эвелин двинулась по стене к проходу наверх, замирая и прячась в нишах каждый раз, когда страж скрипуче перемещался. Благо, она вновь осталась незамеченной и смогла проскользнуть дальше.

По бокам от центральной стены поднимались спиральные лестницы, ведущие в правое и левое крыло без каких-либо опознавательных символов. Не зная куда идти, Эвелин по очереди заглядывала во все комнаты, что были открыты. Комната отдыха, складские, удивительные мастерские и экспериментальные помещения, полностью сгоревшие и с пробитыми стенами кабинеты, обеденный зал, общая кухня и мыльная с ванными. Попадались даже комнаты тех, кто прислуживал магам, пока они занимались своим ремеслом, однако самих слуг нигде не было видно.

Не то, не то, всё не то.

Хоть некоторые помещения и впечатляли разум, а воображение начинало представлять картину возможных событий, происходивших здесь, задерживаться надолго девушка не хотела. Возможно, позже имело смысл заглянуть на кухню в поиске остатков съестного и в кладовые за верёвкой. Сейчас же её влекли поиски давно мучивших её вопросов.

Примерно через полчаса, может быть больше, до слуха Эвелин донесся страшный вопль с первого этажа. Беллаванс, ухватившаяся в этот момент за очередную ручку, вздрогнула и на миг застыла. Но затем решила, что скорее всего то был герцог. Вестимо, лечение проходило не безболезненно.

О Десять, помогите ему выкарабкаться из этой агонии.

Проверять свои догадки она не рискнула, помочь она всё равно ничем не могла, а если то был и не Амори вовсе, то ей и подавно лучше оставаться подальше от опасности. В мыслях Беллаванс искренне надеялась, что крик мужчины не привлёк внимания никого, кроме самой девушки.

В конце концов, библиотека была найдена за высокими резными дверьми правого крыла. Протяженное, как коридор, помещение оказалось заставлено столами, перевернутыми стульями и всевозможного размера стеллажами, врезающимися в потолок. Здесь пахло ветхостью, древними книгами и пылью, но, что удивительно, не сыростью. Очаг у входа весело трещал, и огонь на мгновение дрогнул, когда сквозняк нарушил его покой. Зажженная свеча рассеивала густой мрак, стоя на латунной подставке, установленной на старинной стойке. На первый взгляд все было тихо и безмятежно.

Беллаванс любила их домашнюю библиотеку, там всегда было чисто, светло и тихо, а запах книг смешивался с древесным. Там можно было прятаться от назойливых гувернеров и отдыхать после магических тренировок с наставником. Здесь же хранилось гораздо больше книг и пространства, пахло хуже, но в остальном было всё  так же комфортно. Вот только смущал огонь, горящий в камине и на свече. И судя по всему в библиотеке кто-то совсем недавно ушел или может находился вместе с ней прямо сейчас.

Неужто все ушли, а библиотекарь решил остаться? Или это тот вторженец, которого я видела тогда, но он ведь,кажется, был этажом выше.

Пламя освещало небольшое пространство, затемняя при этом все остальные места. Эвелин силилась высмотреть или услышать что-то в непроглядной тьме, но кроме тихого треска поленьев так ничего и не обнаружила. Помня совет Бьярмы, Эвелин не спешила приводить в готовность оружие, но имела его ввиду. Она - маг и имела право здесь находиться. Но так же она помнила о предостережении о ловушках, поэтому не стала трогать свечу, стоящую рядом. Пусть она и выглядела как самая обычная. Вестимо, она уже наприкасалась к вещам на весь день вперед.

Всё ещё оглядываясь по сторонам, она медленно подошла к стеллажу, что хоть как-то был освещен камином и стала осматривать хранящиеся там книги.

Ничего интересного для молодого, обученного в домашних условиях мага здесь не представляло интереса. На корешках сияли оттиски замысловатых названий с потертыми линиями: «Космогония Неведомых Сил», «Экзистенциональная магия: параллели или пути», «Астральные путешествия: путеводитель по мировым параметрам», «Алхимия соединенных сил» и прочие трактаты со страшными словами, от которых голова могла пойти кругом.

Проклятье.

И почему всё не могло ограничиться первой попавшейся полкой? Знания нужно добывать усердно, а усердие сейчас заключалось в блуждании меж во тьме меж шкафов, забитых книгами. Искать нужную вещь в абсолютной темноте, всё равно что перебирать сено в поисках иголки, поэтому девушка вернулась к злополучной свече. Но сам канделябр трогать не стала, решив, что уж лучше её будет обжигать воск и кое-как вынув свечку из подставки, она решилась пройти дальше.

Оказалось, что библиотека не так велика, как представлялось изначально. Из-за вытянутой формы помещения сознание преувеличило его реальные размеры, однако огонь свечи быстро исправил это заблуждение. Всего через пятнадцать шагов свет озарил дальнюю стену и перед Эвелин предстала очередная закрытая дверь. Только подойти к ней не удалось: из-за второго ряда стеллажей, стоящих по центру, показалась седая голова старика. Его размытые глаза округлились, и он резко закричал:

— Побери тебя Десять! А ты еще кто?!

Эвелин отступила на шаг и замахала свободной рукой, силясь успокоить бедного старца.

— Не волнуйтесь! Не кричите! Я маг, кадив, если быть точной, но не монстр. А вы, должно быть, присматриваете за библиотекой?

— А? Я Якоб, заведую архивом и охраняю библиотеку от любопытной молодежи, — старик задумчиво почесал проплешину на макушке. — Ты учиться что ли сюда явилась? Так ведь нет никого в Артели. Все давным-давно ушли и неизвестно когда вернутся. Ступай с богами домой.

Врать добродушному старику не хотелось, но то был шанс узнать подробности о происходящем и, возможно, получить информацию, не крадясь как плут в ночи.

— Так вот почему здесь так тихо! - сокрушенно произнесла Эвелин, - А я так надеялась освоить новые знания, углубиться в науку. Проделать такой путь и напрасно. А почему ушли, не знаете? Да и как можно было, чтобы все и сразу?

— Девочка, ты что? совсем умом тронулась? Город войною дышит, а ты глупые вопросы задаешь. По-хорошему говорю — уходи из Артели. Ты не кажешься мне плохой, чтобы силою тебя выдворять отсюда, — подталкивая Эвелин в спину, старый маг подводил ее к выходу.

Уйти так просто девушка не могла, поэтому упёрлась, дабы её было сложнее вывести из библиотеки.

— Некуда сейчас идти, Якоб, сами ведь сказали - война в городе, да и чудовища по улицам снуют. Выполните последнюю просьбу, прошу. И тогда я уйду или, может, помогу чем, ежели нужно.

— Ну откуда-то ты ведь пришла, значит, туда и можешь вернуться, — остановившись у двери, старик приглашающе отворил ее. — Чего ж ты хочешь? Сама же говорила - учиться, а я говорю, что некому тебя учить.

— С ученьем не вышло, так переживу. Но помимо учёбы мне хотелось бы узнать больше о себе. Сами понимаете, о кадивах мало что известно людям. Может, у магов имеется больше сведений? Существуют ли записи? Если позволите, я бы взглянула. Более ни о чем не прошу.

— Мало ли что тебе хочется. Артель — это не городская библиотека, в которую ты можешь заявляться со своими желаниями и что-то требовать, — рассердился старик. — Еще и обманывать меня пыталась, говоря, что учиться пришла. Иди, пока я окончательно не вышел из себя!

Злить библиотекаря и дальше действительно не хотелось. Перед тем как уйти, девушка ответила старцу:

— Простите за беспокойство. И за… обман.

Хоть извиняться наверняка уже поздно - пронеслось в мыслях.

Магичка вышла из комнаты и отошла в сторону от выхода, но совсем уходить не торопилась, обдумывая что делать дальше. С пустыми руками вниз возвращаться было нельзя, да и к тому же наверняка летающее нечто всё ещё стерегло залу. Магию на Якобе использовать тоже не было вариантом - несмотря на поднятую стараниями Эвелин злость, старик оставался учтивым до конца. Да и не зря же его назначили библиотекарем, за многолетнюю работу хранитель рукописей точно сможет противостоять любой магии от “нерадивой молодёжи”. В таких мыслях она провела некоторое время.

Вздохнув, она снова двинулась по второму этажу Артели. Торопясь найти нужную комнату, на другие Беллаванс почти не тратила времени, теперь же, когда других вариантов не оставалось, девушка оглядывала каждое помещение уже внимательнее. Может, всё же осталось что-то стоящее кроме библиотеки.

Спустя полчаса блужданий по верхнему этажу Эвелин поняла лишь то, что здание огромно, коридоры велики, но ничего полезного в них, казалось, не было. Многие помещения оказались закрыты или запечатаны серьезной магией, и единственный архив, содержащий накопленные колдунами знания, охранял старик Якоб. Примечательной среди всего скопленного инвентаря оказалась одна вещь — большая доска в просторной спальне, на которой мелом жирно вывели слово «РИТУАЛИСТЫ?!».

Повезло же заявиться в город аккурат под войну против нечисти, ещё и почти все местные обитатели унесли свои ноги. Завидую им.

После ухода магов здание стало полупустым и заброшенным, словно из баек про оставшиеся без хозяев поместья с озлобленными душами, бродящими по ним в поисках жертв, наткнувшихся на дом. Правда вместо призраков был Яков. И пышущий огнем механизм. В остальном ничего путного не нашлось.
В очередной чьей-то спальне Эвелин посчастливилось найти табличку, исписанную разного рода заметками, впрочем, которые без контекста были мало понятными и значимыми. Но взгляд зацепился за выведенную большими буквами надпись.

— Ритуалисты, - прочитала вполголоса кадив и нахмурилась.

Видимо, кто-то из здешних обитателей был также озадачен слухами о ритуальной магии. Но к чему конкретно относилась заметка было неясно: ни про купол, ни про демонов нигде не упоминалось. Обыск комнаты на наличие переписок или других записей результата не дал. Зато ловушки, о которых упоминала целительница, всё же нашлись. Попытавшись открыть очередной ящик, она отдернула руку, получив лишь слабый заряд током. Впрочем, в приоткрывшимся отсеке виднелся лишь один драный носок и ничего полезного.

— Очень смешно.

Поняв, что больше она ничего не найдет, Беллаванс, собравшись с духом, поспешила вернуться к товарищам. Стоило рассказать о новых сведениях и выслушать дальнейшие мысли и предложения.

Отредактировано Эвелин Беллаванс (07-11-2024 18:39)

[Совместный пост: Амори, Аурелиан, Эвелин, КМ]

Я …После осмотра купола я намерен доложить о наших изысканиях Хелмуту, и хотел бы, чтобы вы Бьярма присутствовали. Естественно, я дал слово, что вас не тронут и намерен сдержать его и Хелмут это поймет.

Ну конечно братец, она непременно согласится. С тем же успехом ты мог ягненка потащить на псарню, к голодным гончим.

Раненый не встревал в данный разговор. Вместо этого, ему на глаза попалась найденная Аурелианом одежда, которой в данный момент явно недоставало его телу. Рассудив, что снотворное и общая усталость могут взять свое, Амори решил переодеться, пока он может сделать это самостоятельно.

Отложив свое одеяло, мужчина взял и надел на себя недостающие элементы одеяния, которые были сожжены в пламени. Каждое движение отдавалось болью, что десминерец вновь постарался скрыть, но вновь, его выдавали гримасы и шипения. Данный факт очень беспокоил наследника Ордисона, как и то что он остался без своих вещей. В лучшем случае, удастся подобрать клинок и кинжал, которые остались в том коридоре, но все прочие горючие вещи безвозвратно утеряны, как и его броня, от которой разве что остались оплавленные пластины.

Безоружный, бездоспешный, безденежный, так в придачу раненый. Наверняка и коня можно считать потерянным. Мужчина искренне надеялся, что в случае опасности, они смогли сбежать, учитывая что он специально привязал их только за одно трензельное кольцо, чтобы они могли оборвать поводья. Но ясно было лишь одно — отныне, Амори бесполезен. Этот факт в достаточной степени угнетал, ведь даже в событиях семилетней давности, он был в куда лучшем положении чем сейчас.

Невеселые мысли отражались на его лице, хотя сторонний наблюдатель наверняка мог посчитать их просто отражением боли. Как бы то ни было, но Бьярма задала верный вопрос — что делать дальше? Как бы ему ни хотелось покинуть Нотенхоф, но десминерец, как и все прочие, был заложником осады. Если повезет, то Эвелин удастся найти что-то что им поможет, но ведь перед ними ещё был купол. Амори не знал, удастся ли та задумка, с его расширением, тем более что в этом деле все равно было множество не ясных, но важных вопросов. Кто именно воздвиг купол и удастся ли его сделать больше, снаружи? А то как проникнуть внутрь? Хоть бы не канализация…

— У меня вопрос. Допустим, мы придем к куполу. Что дальше?

— Бьярма хотела его осмотреть. Быть может её взору откроется большее, чем моему или кого-либо из Инквизиции.

В этот  момент дверь в комнатушку приоткрылась и в неё протиснулась Эвелин, тут же затворяя ту назад. Она оглядела присутствующих и заметила вполне уверенно стоящего на ногах герцога.

— Рада, что вы живы и в относительном порядке, Амори. Бьярма хорошо постаралась. Впрочем, вас наверняка интересует другое.

— Не спешите хвалить мои заслуги, — хмыкнула целительница в ответ, пронзая здоровым глазом фигуру герцога. — Похоже, господин Флери до сих пор не отошел от шока и совсем не чувствует боли. Через пару минут он вновь сляжет и завьется шипящей змеей, поверьте моему слову. Эвелин, лучше расскажи, как состоялись твои поиски.

— На втором этаже я обнаружила библиотеку и там оказался её хранитель Якоб. По его словам все маги покинули Артель в связи с приближающейся войной, и неизвестно, когда вернутся. Полагаю, фигуру, которую я видела в окне, принадлежала ему.  Больше выяснить, к сожалению, не удалось. Библиотекарь спешил выпроводить меня, а после неудачной лжи разозлился и сделал это ещё быстрее,  - девушка пару раз вдохнула, переводя дух, и продолжила, - Помимо этого, в одной из спален я нашла чью-то доску для заметок, на ней мелом жирно вывели слово Ритуалисты со знаком вопроса. Увы, никаких пояснений к данной записи не нашлось.

— Ритуалисты и ничего более? — задумалась Бьярма над новостями. — Возможно, маги проводили какие-то исследования и их результаты вызвали ряд вопросов, ответы на которые есть у моих единомышленников.

Эвелин замолчала, ожидая вопросов или мнений. Увидев свою накидку, она забрала её.  Оглядев ту и заметив пару некритичных повреждений, Эвелин надела её. В родной одежде она почувствовала себя комфортнее, в плаще было тепло, а главное тот вновь скрывал её внешность.

— А Якоба нельзя попросить, чтобы он успокоил Стража? А то, мне не улыбается снова мимо него идти, тем более в таком состоянии.

— Можно попробовать, однако, он может отнестись враждебно к нашей группе и не отворить дверь. Тем более, что хранитель книг уже не в тех отношениях с Эвелин. Почему нельзя было прямо сказать кто ты и узнать всю информацию? А может он еще и пытался что-то спрятать? — спросил Аурелиан, попутно размышляя над новой информацией.

— Он подумал, что я пришла учиться у магов, я же не оспорила, решив, что так было бы проще вести диалог. Но просчиталась. Спрятать? Не могу сказать точно, я натолкнулась на него среди стеллажей, но разглядеть толком что-то на них не успела, в библиотеке достаточно темно.

Она призадумалась на мгновение, а потом вспомнила одну деталь.

— Разве что… В конце комнаты есть ещё одна дверь. Возможно, от неё меня и отгонял старец.

— Может это второй выход? Надо хотя бы попробовать поговорить. Будьте тут, возможно, увидев такую свору он просто не откроет дверь, а я пойду с ним поговорю, — высказался Аурелиан. — Эвелин, скажи как к нему пройти?

— Здравая мысль. Библиотека находится в центре правого крыла за высокими резными дверями. Не думаю, что он выйдет из своей обители. Может, возьмете с собой свечу? Там достаточно темно и горит только камин у входа.

— Благодарю, — с легким кивком ответил Аурелиан, беря в руки светило, предварительно закрепив его в подсвечнике.

И снова этот коридор. Пройдя по маршруту, который подсказала девушка, Флери вышел к большим дверям, скрывающим за собой, хранилище знаний.

Десять, помогите мне —  подумал про себя Аурелиан…

По ту сторону стены раздалось копошение, кряхтение и в конце концов наружу вывалился усатый старик с водянистыми глазами. Он тяжело опирался на деревянный посох, гравированный чудными завитками, и сложно было поверить в ту прыть, с какой он наставил на незнакомца загоревшееся зеленым свечением навершие трости. Магический свет отражался в его глазах, горящих жгучим негодованием.

— Что ты здесь делаешь?! — уже не в первый раз за этот день вопросил скрипучий голос. — Неужели кто-то вывел стража из рабочего состояния? Это место призвано охранять покой древних знаний и вековой мудрости! Что вы все забыли в Артели?! Я выставлю вас немедленно!

— Старец, отведи посох и остуди пыл, пожалуйста. Я согласен с тобой, но не могу покинуть обитель, пока у ее стен находится неведомое мне, до этого дня, создание. Ума не приложу, каким образом его пробудили ото сна, но вести его в город не хотелось и поэтому, мне и моим спутникам пришлось зайти внутрь и спрятаться здесь. Вдобавок - ранен мой брат, а выходить с боем, вместе с раненым на плечах, задача не из легких. Я прошу тебя, если мои слова хоть как то смягчили твой нрав, помочь нам и мы покинем сие место. Я даю слово.

— Выходить с боем! — с фырканьем повторил Якоб. — Вы без разрешения проникли на закрытую территорию и теперь смеете просить о помощи? Что вы собирались делать в Артели — грабить, воровать древние знания или подобно варварам разрушать наш дом?

— Каюсь, и да, смею. Мой брат был ранен этим существом и нуждается в помощи. Я лишь взял немного одежды по размеру и трав, чтобы моя спутница изготовила мазь для снятия боли и лечения ожогов. Также меня смущает факт того, что маги покинули обитель, когда в городе творится сущая катастрофа. Исчадия осаждают ярус за ярусом, вотчина правителя окружена непонятным куполом, а где находятся колдуны и чаротворцы? Они исчезли. Прошу вас, помогите хотя бы моему брату и нам выбраться из этого места, и, если позволите, ответьте на мои вопросы, достопочтенный мудрец.

Присмотревшись к мужчине, Якоб выдохнул и опустил посох, решив, что встреченный, если и опасен, то во всяком случае не для него. Слишком уж его одолевало переживание за пострадавшего брата. Зная, что магический страж создавался с целью уничтожения неугодных, старик представлял, какую боль приходилось сейчас выносить одному из незваных гостей. Молодость всегда пытлива и скора на безумные поступки; и думает о последствиях лишь в самых редких случаях.

— Идем, — буркнул Якоб.

Вместе они спустились на нижний этаж, где скрежетала плохо смазанным механизмом опасная конструкция. Прошептав какие-то слова, да выведя в воздухе магической тростью символ, Якоб утихомирил стража и заставил его принять первоначальную форму двери. В помещении сразу стало мрачнее, когда блеклый кровавый свет остался за преградой. Преодолеть путь в полной темноте до спутников Аурелиана представлялось задачей затруднительной, поэтому маг призвал сияние посоха, и под его лучами они добрались до нужного кабинета.

Блеклые глаза старика оглядели всех: уложенного и спящего на столе Амори, согбенную над ним фигуру Бьярмы и чуть в стороне уже знакомую ему Эвелин. Он недовольно цокнул языком, но не сказал ни слова. Укрытая спина молодого воина вновь оказалась под воздействием стылого воздуха, а сморщенные возрастом руки заплясали над раной. Отодвинувшись с грохотом на стуле, Бьярма отступила от стола и отошла в угол. Не обратив на нее внимания, Якоб приступил к сотворению чар. Помещение осветилось легким и приятным зеленым свечением. Пройдет много времени, прежде чем магия исцеления полностью излечит Амори.

Пройдя за старцем по коридорам, Аурелиан благодарил всевышних, что этот маг согласился проследовать за ним. Выйдя к стражу, он невольно положил кисть на рукоять клинка, чтобы быть готовым к любому повороту событий, однако, этого не произошло. Конструкция приняла изначальную форму, погрузив залу во мрак и Флери побрел за магом, ведомый светом его посоха.

Придя к спутникам, Аурелиан не заметил, что что-то изменилось с его отбытия. Он только смотрел за тем, как Якоб создает зеленоватое свечение и принимается за лечение ран Амори. Флери получил очередной наплыв воспоминаний, как его такими же или схожими чарами исцеляли от травмы.

Это так боги ведут летопись мира или нам с Амори суждено проходить через схожие события? Любопытно, но благо он жив, а не испускает дух на этом столе.

Отредактировано Эвелин Беллаванс (15-01-2025 11:46)

Находясь в ожидании Аурелиана, Эвелин не сразу заметила, что шум за дверью наконец стих. Поняла она это лишь, когда отворилась дверь, и в ней показался старик.

Стало быть переговоры удались?

Но уловив на себе и других не очень-то добрый взгляд, кадив поняла - обольщаться не следовало. Дабы не мозолить библиотекарю глаза, она отодвинулась подальше в тень. Магия требовала хорошей концентрации, даже если у человека имеется большой опыт, потому отвлекать его разговорами она не смела.

За зеленым свечением было приятно наблюдать, пока то резко не кончилось. Лечение прервалось с падением старика, а когда тот поднялся, стало только хуже. Терпение Якоба окончательно лопнуло и их маленький отряд стремительно гнали прочь, ни о каких разговорах теперь уж точно не могло идти и речи.

Несколько месяцев пути и всё впустую, прекрасно, Эви, так держать.

Что ж, это место первое, но не последнее, может когда-то Беллаванс всё же доберется до знаний. А чтобы это “когда-то” вообще наступило, сейчас нужно было решить более насущные проблемы, а именно - выжить. Достаточно быстро собрав свои пожитки, девушка собиралась уже выходить, когда услышала просьбу Аурелиана собрать то немногое, что осталось от обмундирования его брата. С кивком согласия Эвелин отправилась в полутьму на поиски вещей. Как и ожидалось, всё, что могло сгореть, сгорело, на полу одиноко лежал лишь меч, его-то Эвелин и забрала, некоторое время провозившись в попытках поудобнее закрепить оружие.

Кадив-оруженосец наконец вышла на улицу, да только успев вдохнуть морозный воздух, была окликнута Бьярмой.

— Тебе бы не понравилось то, что ты могла узнать у магов о своем виде,

От услышанного Эвелин слегка нахмурилась, однако озвучить вопрос не успела, Бьярма тут же перевела её внимание в другое русло.

— Посмотри на них. Тебе не кажется, что это выглядит несколько странно? Подойдем и узнаем, что происходит.

И действительно, сцена была достаточно подозрительной, особенно если приглядеться к телу, что упорно тащил мужчина. С другой же стороны идти вдвоем было несколько опасно, но если это существо было тем, о ком она подумала, риск мог быть оправдан.

— Да, странно. Идем - недолго раздумывая, ответила Беллаванс.

Предварительно скрыв свой лик одеждой, она поспешила за спутницей. Ритуалистку же, казалось, ничего не страшило, и та не только привлекла внимание незнакомца, но и рискнула сдернуть полотно с лежачего. Существо по всем признакам и правда оказалось кадивом. Помятым, побитым, истощенным кадивом. Удивление на лице Эвелин становилось всё сильнее с каждым мгновением, когда та, даже через ужасное состояние мужчины, наконец разглядела знакомые черты.

Да быть того не может, - тихо прошипела девушка.

Перед Беллаванс лежал её “хороший” знакомый, о котором она бы предпочла больше не вспоминать. Почему именно он? Почему сейчас? Почему так? И ещё тысяча “почему”. Вмиг эмоции внутри забурлили так, как не случалось уже достаточно давно. Непонимание сливалось с гневом, страхом и неожиданной тоской. На контрасте с абсолютно невозмутимой Бьярмой, обычно спокойная и холодная Эвелин еле держала себя в руках, кажется, эти самые руки в один момент потянулись к мечу, что так удачно оказался у неё на хранении. Вырезать этот кусок своей жизни - самая безумная мысль, что могла только промелькнуть в голове. Пусть она и не владела навыками боя, сейчас и одного удара бы хватило, чтобы...Девушка скрестила руки на груди, отсекая столь злые мысли.

Сначала нужны ответы. Ответы от него, но прежде - от странного незнакомца.

— Господин, откуда вы добыли такой интересный экземпляр? — принялась расспрашивать женщина, бесцеремонно рассматривая краснокожего пришельца. — Вы даже до ворот его довести не успеете, как он отправится к богам доказывать, что он обычный человек, который хочет спокойной посмертной жизни. О! Он в сознании. Это ваш друг? Расскажите же скорее, что с ним случилось? Только для начала накормите бедолагу, иначе мы не узнаем, как сильно вы повлияли на его истощение, если таковой факт имел место.

Целительница задавала правильные вопросы. Вот только сострадание проявленное ею к изувеченному, если и отзывалось где-то в Эвелин, то было заглушено другими чувствами.

— Кто вы и куда несете этого кадива? - переведя цепкий взгляд с Умбры на нововстреченного, спросила девушка.

Отредактировано Эвелин Беллаванс (16-01-2025 10:16)

Вот уже неделю славный город Нотенхов был в осаде. Родные улочки, когда-то полные шумом местных ребятишек, теперь лишь тихо шептали стонами голодающих и обездоленных. Мужчина брел, тяжело звеня сапогами, пока тащил завернутое в ткань нечто. Выискивая своими янтарными глазами, словно хищник добычу, тележку, человек меланхолично вздыхал. Ну конечно, откуда тут взяться бесхозным колесам, к тому же целым.
          Знал бы Эрик заранее, что окажется в такой ситуации, непременно бы одолжил у знакомого мельника что-нибудь подходящее. Или даже  заготовил мазь из когтей тансеба на крайний случай. Хотя местные охотники те еще скряги, заломили бы опять цену втридорога, как в прошлый раз. Видите ли одному из них голову вожак стаи чуть не откусил. Но ведь не откусил же! Какие неженки пошли, привыкли ходить на что-то не крупнее лисиц. Выйти бы самому за дичью, как во времена учебы, закинуть в логово сонную бомбу да постричь коготки кошечкам пока те сладко сопят. Быстро, чисто, без шуму и пыли. Да куда там, работы последнее время было невпроворот. А еже ли думать на перспективу, любопытно будет бы выйти на знающих людей из Исследователей земли, авось среди них какие интересные слушки ходят. Помнится алхимику, как на поздних курсах профессор рассказывал про рилборнов. Легенды, что эти твари говорить по человечьи могут, а интеллектом не сравнимы с другим зверьем. Интересно, возможно ли у них выторговать парочку-другую когтей для экспериментов? В памяти сразу всплыл подходящий рецепт.
           Вайс осекся, мысли уволокли его очень далеко от реальности. Плохая привычка, от которой мужчина никак не мог избавиться. Какие эксперименты теперь, ведь его лаборатория это нынче кучка пепла, разносимая ветром, да обугленный дымоход. Так продолжился марш мечтателя и его груза. Брусчатка под ногами потихоньку виляла из стороны в сторону. За одним поворотом можно было увидеть трясущихся и исхудавших горожан, что уже не имели сил не то что бороться, но даже плакать, за другим их соседи, что умерли, окоченев от холода. Кто-то пытался понять, не несет ли Эрик с собой еду, но замечая, что укрыто под тканью, теряли интерес, а их взгляд снова стекленел, теряя последние искры надежды. Пробирающий до костей ветер выл словно стая голодных волков, готовящихся к пиршеству. В дали виднелись шпили Артели, все такие же недружелюбные к чужакам, покинутые хозяевами в самый ответственный час. Чем ближе стены колдовской обидели становились, тем меньше становилось местных жителей в округе. Даже трупы, не особо притязательные к месту своего "проживания", встречались не часто. Неподалеку от ворот Артели так вообще не было ни души. Посылка посчитала собой каждый камень брусчатки на пути. Не сказать, что даже ткани, в которую та была завернута, это пошло на пользу, став жалким подобием того, чем было изначально. Содержимое так и норовило вывалиться наружу. Впрочем задача практически выполнена. По мужчине видно, он шел по дороге не как гость, но как хозяин, деловито и буднично. Этот маршрут знаком ему настолько, что он дошел бы и с закрытыми глазами.
            Эрика окликнули. Девушка, по одеянию принадлежавшая к Сестрам милосердия. По лицу Вайса можно было прочесть удивление и любопытство, даже голова его невольно склонилась набок. И правда, вот так, на улице, где не нашлось места даже мертвецам, в сторону мужчины приближалась некая хромоножка. Пришлый знал всех обитателей Артели, и данная особа точно была нездешняя. На вкус Эрика незнакомка была на удивление симпатично, он будто и не замечал за этим личиком изъянов. Вслед за сестрой шла и еще одна девица, старательно укрывающая свой лик перед тем как приблизиться, что выглядело крайне подозрительно. Мужчина не мог увидеть даже белки ее глаз.
          — Господин, откуда вы добыли такой интересный экземпляр? — принялась расспрашивать женщина, бесцеремонно рассматривая краснокожего пришельца. — Вы даже до ворот его довести не успеете, как он отправится к богам доказывать, что он обычный человек, который хочет спокойной посмертной жизни. О! Он в сознании. Это ваш друг? Расскажите же скорее, что с ним случилось? Только для начала накормите бедолагу, иначе мы не узнаем, как сильно вы повлияли на его истощение, если таковой факт имел место.
             Вайс попервой опешил от такого количества вопросов разом в свой адрес от девушки с бельмом на глазу. Впрочем это продлилось лишь секунду.
                — Пытаюсь направить страждущего ко вратам спасения, сестра, - произнес мужчина с мягкой улыбкой и слегка поклонившись. — Отнюдь не согласен с вами на счет того, что ему не долго осталось, сей молодой муж повстречался мне брошенным и никому не нужным близ храма и до сих пор не испустил свой последний вздох. Он силен духом, если протянуть ему руку помощи, то есть все шансы на его выживание. Уж не знаю, что случилось с ним, тело его уже было в таком состоянии на момент моего появления. Я посчитал, что стоит дать шанс тому, кто так отчаянно цепляется за жизнь, и вот, стою здесь.
                По компаньонше красавицы было видно, что она сильно нервничает. Знакомый? Друг? Эрик не разобрал то, что буркнула под нос обезличенная, но волнение не осталась незамеченным.
                — Кто вы и куда несете этого кадива? - переведя цепкий взгляд с Умбры на нововстреченного, спросила девушка.
                    — Мое имя Эрик Вайс, алхимик, работаю я здесь, в заведении, откуда вы держите путь, рад нашему знакомству, - ответил "посыльный" дружелюбно и еще раз поклонился, - А как же зовут наших гостий? Заодно давайте же не будем задерживаться здесь, все же хотелось бы увидеть старика Якоба, пока наш краснокожий друг и правда не покинул нас.
                     Алхимик указал открытой ладонью в сторону огромной каменной двери приглашая вернуться туда, откуда вышли девушки.

Отредактировано Эрик Вайс (14-02-2025 15:16)

[Совместный пост: Эвелин, Брайар]
— Мое имя Эрик Вайс, алхимик, работаю я здесь, в заведении, откуда вы держите путь, рад нашему знакомству, - ответил "посыльный" дружелюбно и еще раз поклонился, - А как же зовут наших гостий? Заодно давайте же не будем задерживаться здесь, все же хотелось бы увидеть старика Якоба, пока наш краснокожий друг и правда не покинул нас.

Излишнее дружелюбие Эрика, немного невписывающееся в окружающую картину, несколько смутило Эвелин. В мрачном осажденном городе с поникшими людьми было странно видеть столь светлого господина. Однако такое поведение несколько успокаивало напряженный после всех событий ум. По своему обыкновению девушка не спешила доверять первому встречному, однако учтиво представилась в ответ.

— Эвелин, взаимно, господин Вайс.

Предложение вернуться в артель отозвалось в кадиве нервным смешком. Библиотекарь явно не оценит их второе пришествие в свой дом, туда им путь заказан, нужно было искать другое место, чтобы вернуть её ненавистного знакомого в сознание. К счастью, ситуацию разрешила Бьярма, предложив их дальнейшие действия.
Вновь они двинулись по улицам города, в новую временную точку нахождения. Пока они шли, Беллаванс то озираясь по сторонам, слыша, как ей казалось, фантомные крики, то смотря на тело, что влачил Эрик. Хмурое выражение не покидало лицо девушки. Мало им было проблем, так добавилась ещё одна.

Что же произошло с тобой, что ты предстал перед нами в таком состоянии?

В воспоминаниях Эвелин помнила совершенно другой образ этого кадива: хитрый, полный сил и веселья мужчина, вселявший в юную леди радость и уверенность, а потом предавший, исчезнувший также внезапно, как и появившийся.
Мысли не покидали девушку до самой развилки с её союзниками. Оказалось, крики не были эхом прошлого, то были реальные люди, всё ещё гибнущие по ту сторону, от этого осознания девушка дрогнула, желая поскорее убраться от злосчастного места: было понятно, что ничего хорошего её тут не ждет, особенно после слов Бьярмы об отрубленных головах. Девушка коротко попрощалась и пожелала братьям успеха, а затем отделившаяся компания некоторое время спустя набрела на укромное место в задней части постоялого двора, что могло выясниться по глухим звукам внутри здания. Уложив Умбру удобнее, она наблюдала, как Бьярма поит его одним из своих отваров.

— Я дала ему согревающего средства, скоро он начнет соображать. Эвелин, у тебя есть с собой, чем его накормить? Или у вас, Эрик? Доставайте провиант, посмотрим, что из имеющегося мы можем предложить этому чахлому существу.

Эвелин глянула на Эрика в немой просьбе и принялась сама проверять свою сумку. В ней из съестного был сверток с вяленым мясом и фляга с водой. У мужчины рядом нашелся хлеб и некоторые другие припасы. Немного подумав, девушка обратилась к тому с просьбой:

— Господин Вайс, не могли бы вы поделиться куском хлеба, чтобы дать его этому мужчине? И вот, возьмите, - она передала сверток Эрику, - там вяленое мясо, вы собираетесь зайти в гостиницу, если повезет, из него можно сделать бульон, не самый лучший конечно, но выбирать не приходится. Как выдастся случай, отплачу, чем смогу вам за доброту и, возможно, он тоже, если выживет.

Придя к согласию с алхимиком, Эвелин наконец осталась наедине с калечным кадивом. По словам Бьярмы, тот должен был скоро прийти в себя, а потому, недолго думая, Беллаванс достала деревянную миску и пенулу, что тут же была надета на мужчину. Далее Эвелин разделила хлеб на небольшие кусочки и размочила те водой. В это же время она услышала шевеление рядом и повернулась к проснувшемуся знакомому, взирая немигающим взглядом.

***

Брайар ощущал себя.. да никак он себя не ощущал, все его тело пронизывал холод и отвратительная зудящая боль от его ран. С тех пор, как он смог хоть как-то ощущать внешний мир, кадив пытался разобрать хотя бы голоса, лица, но перед глазами все маячила эта отвратительная дымка. Вот к его шее приложили что-то теплое, но довольно скоро убрали. А вот и снова кочки на дороге.

Где.. я..?

Мысли никак не могли прийти в порядок. Было что-то в этом.. странное. Почему так.. холодно. В голове было… пусто. Абсолютно. Будто что-то пыталось стереть все его естество.. что вообще с ним произошло?

Почему я.. не могу.. пошевелиться..?

Прошло еще какое-то время, счет которому он потерял уже.. а когда он его потерял? прежде чем все пришло в состояние покоя. Его голову запрокинули и стали поить какой-то бурдой.

Да что.. происходит?..

И тут по его телу стала разливаться приятная теплота, видимо подействовала эта жижа, которой его напоила.. какая-то женщина.. его взгляд стал проясняться. Какой-то мужчина, эта женщина и…

Что за…

Убедив себя в том, что это предсмертные галлюцинации, он все-же с великим усилием смог прохрипеть “с-с-сппас-сиббо” и тут же зайтись приступом ужасного кашля. В ушах все еще стоял ужасный писк и шум, отчего он пока не мог разобрать о чем толкуют люди собравшиеся вокруг, и тут женщина с мужчиной оставили его одного вместе с..

Да ну нет…

И силы снова его оставили. Когда же он очнулся снова, то чувствовал, что вместо шершавой ткани, его кожа чувствует что-то более приятное и теплое. Продрав глаза, он оглядел себя, заметив на себе какую-то одежду, после чего перевел взгляд на сидящую рядом особу и все, что слетело с его губ было:

– Какого.. хера?

Беллаванс выгнула бровь, заслышав выражение, которое никогда бы не прозвучало в приличном обществе. Молча взяв плошку в руки и зачерпнув незамысловатую “стряпню” ложкой, приставила ту к губам Брайара.

— Уши вянут от твоих слов, молчи и ешь.

Не.. мне не кажется..

Взяв губами мокрый хлеб с ложки, он аккуратно постарался проглотить его. Он мог поклясться, что услышал звук *бульк*, когда кусочек упал в его пустой желудок. Только сейчас он понял, насколько сильный голод его одолевает. Полностью проигнорировав просьбу девушки о задал еще один вопрос, более конкретный.

– Что.. произошло?

— Тебя надо спрашивать, что произошло и почему ты в таком состоянии, Умбра, - ни на грамм ни становясь мягче, жестко говорила девушка, продолжая по ложке кормить собеседника.

Поперхнувшись и снова зайдясь кашлем, Дрейк с усилием проглотил еще кусок хлеба.

– А я.. – и только сейчас кадив начал осознавать, что вокруг явно не Десминерские дома, и что в голове его полная пустота. – Не знаю. Или.. не помню.. Я должен был.. уехать из Верклера.. – напрягая память, рогатый ухватился за единственное яркое воспоминание в его голове.

Ложка зависла в воздухе, а затем опустилась обратно в миску. Эвелин застыла на месте, в раздумьях. Тысячу раз она представляла себе эту встречу, как проклинает бывшего возлюбленного, как посылает далеко в Бездну, как наконец спадет груз недосказанности и обиды с её плеч. Мысли о том, что с ним что-то могло произойти, конечно, тоже проскальзывали, но стремительно гнались прочь. Гораздо проще было думать, что циркач трусливо сбежал, побоявшись своего обещания. Трус и лжец. А ведь братец предлагал найти наемников, дабы найти беглеца, но ведь явно не для разговора, правда? Не послушала, отговорила, а если бы всё-таки согласилась? Может и не было бы тех страданий по несбыточным мечтам. Спустя минуты молчания, она разочарованно вздохнула.

— Ясно, - только и ответила Эвелин, не спеша разъяснять ничего о сложившейся ситуации. Она снова принялась кормить кадива, но сама будто сникла, всё ещё прокручивая в голове ведомые только ей думы.

Молча Умбра продолжил принимать еду из рук Эвелин, из рук его..

Принцессы.

Он вспомнил это их обращение друг к другу и сник еще сильнее прежнего. В его голове неслась крупным планом только одна мысль.

Что со мной произошло?

Из уст же вырвалось совсем другое.

– Спасибо.. за все. Принцесса.

Произнесенное обращение больно резануло по сердцу, прервав молчание она, возможно резче, чем следовало, произнесла:

— Нет больше “принцессы”, - она осеклась и уже спокойнее продолжила, - Если ты говоришь правду, а не пытаешься надавить на мою жалость, то могу пояснить. Те события были два года назад. Сейчас же мы в Фестберге, а конкретно в Нотенхофе.

Беллаванс кратко рассказала о происходящем сейчас: об осаде, о нападениях демонов, о том, как встретила алхимика, что влачил тело Умбры. С концом рассказа, кончился и хлеб. Она отодвинулась к стене, оставив Брайара осмыслять всё сказанное, сама же стала  ждать возвращения Бьярмы и Эрика.

Нет её.. вот она, передо мной.

Брайар через силу стал слушать рассказ Эвелин, и если бы у него были силы - после каждого слова он бы вскакивал и хватался в шоке за голову. А так он лишь округлив глаза все больше понимал, в какой заднице оказался.

Два года? Какого.. того самого.

С жадностью проглотив последний кусок хлеба, постепенно приходивший в себя кадив сильнее закутался в пенулу девушки и тоже стал ожидать товарищей Эвелин, переваривая как мокрый хлеб, так и всю эту бешеную информацию.

Отредактировано Эвелин Беллаванс (31-01-2025 23:33)

[Совместный пост: Эрик, КМ]

Толкая свои речи, алхимик спокойно стоял, не отводя глаз от зрелища, как симпатичная женщина изящно обошла мужчину с грацией стреноженной кошки и скользнула ладонью под рваное тряпье. Эрик уже довольно давно не проверял дыхание своего пассажира, воспользовавшегося услугами самого роскошного из доступного ему на данный момент транспорта - большим куском рваного тряпья. “Еще шевелишься, чёртик, да?”- подумал единственный курьер не зарегистрированной транспортной гильдии  имени себя самого. Сделав предложение, Эрик опустил свою руку, снова обхватив татуированный кулак, державший полотно за спиной, пальцами. Небольшое напряжение повисло в воздухе, когда эти сочные губы без ложбинки скривились. Тяжелый вздох. Повисло неловкое молчание. Вайс немного занервничал, ведь последнее, чего бы хотел алхимик, так это видеть такое лицо у леди с бельмом на глазу.

— Зовите меня Бьярмой. Боюсь, гости мы уже нежеланные. Ваш друг Якоб дал нам ясно понять: вернись мы обратно — он смастерит из нас нечто страшнее того, что сделалось с этим кадивом. Испытывать судьбу — желание далеко не первостепенное, хотя вы можете предложить это вон тому мужчине, — она указала рукой на Амори, — возможно, он жаждет вновь погреться об огонь вашего радушия. Господин Флери, кажется, хотел вернуться к сторожевой пост. Давайте держаться намеченной дороги. Уважаемый Эрик, вас не затруднит доставить, вестимо ценную для леди Эвелин, поклажу? Справиться с этим телом сможет только такой сильный мужчина как вы.

— Эвелин, взаимно, господин Вайс.

Похоже не только Бьярма, но и Эвелин не горят желанием посещать старика. Странное дело, Якоб хоть и бывает ворчлив, да обычно и мухи не обидит сидя в своей библиотеке. Видать новые знакомые тоже не без интересных скелетов в шкафу. А впрочем что бы обычному люду делать здесь, в обители проклятого с рождения колдунья. Что же, любопытство взяло верх, стоит посмотреть что получится извлечь из своевольных прихотей судьбы.

— Как же я могу вам отказать, сестра, - произнес Эрик пожимая своими плечами, — раз уж старик сегодня не в духе, то и этому бедолаге что-то светит от седой макушки. Пройдя такое расстояние будет разочарованием просто бросить дело на полпути. Да и раз у моего “груза” нашелся владелец, то так и быть, доставим, как говориться, ко двери. 

Вайс присоединился к отряду, пристроившись немного позади Бьярмы. Все так же уверенно, позвякивая чешуйками сапогов, мужчина потянул за собой дражайшую для Эвелин посылку. Хотя на этот раз все же делал алхимик это немного мягче, чем раньше. Взгляд идущего был направлен куда-то вдаль, возможно вновь напали на него инфантильные идеи, пока ноги сами следовали за остальными не замечая ничего вокруг.

— Доставка, принимайте посылку, печати о получении не нужно, - сказал мужчина, взяв кадива на руки и, опустив в подготовленную нишу, отступил, дабы дать Эвелен позаботиться о полутрупе. Вновь алхимик отшучивался, дабы немного разрядить обстановку. Порой немного смеха является тоже лекарством, хотя комик из Эрика и был посредственный, этого его все равно никогда не останавливало.

— Я дала ему согревающего средства, скоро он начнет соображать. Эвелин, у тебя есть с собой, чем его накормить? Или у вас, Эрик? Доставайте провиант, посмотрим, что из имеющегося мы можем предложить этому чахлому существ.

Назвался груздем - полезай в кузов, да? Вайс тихо устало вздохнул. Под давлением вопрошающего взгляда рогатой девушки, мужчина начал перебирать содержимое своей сумы. Немного порывшись он выудил краюху ячменного хлеба, лучший вариант из того, что мог предложить больному в таком состоянии Эрик.

— Господин Вайс, не могли бы вы поделиться куском хлеба, чтобы дать его этому мужчине? И вот, возьмите, - она передала сверток Эрику, - там вяленое мясо, вы собираетесь зайти в гостиницу, если повезет, из него можно сделать бульон, не самый лучший конечно, но выбирать не приходится. Как выдастся случай, отплачу, чем смогу вам за доброту и, возможно, он тоже, если выживет.

— Прошу, - мужчина протянул еду, производя обмен провиантом, - пусть судьба будет к вам благосклонна. Я выполню вашу просьбу, коль будет это в моих силах.

Вновь та же мягкая улыбка и легкий поклон, что были при первой встрече, но уже на прощанье. Эрик нагнав уже начавшую ковылять в нужном направлении сестру милосердия, подстроился под ее темп.

Парочка наконец добралась до злосчастной таверны, доверху наполненной горожанами, у которых остались хоть какие-то деньги. Пока Бьярма стояла в стороне, Эрик направился к стойке.

— Сколько лет, сколько зим, господин Густав, вижу дела у вас пошли в гору,- обратился к бармену алхимик, - прошу, уделите мне пару минут вашего времени.

— А ты все так же остришь, Эрик. Что ты здесь забыл? - усатый мужчина состроил кислую мину.

— Будет вам, такого наплыва клиентов у вас давно не было, - рассмеялся алхимик, подходя вплотную к бармену, - не соизволите ли вы оказать мне небольшую услугу? Всего лишь должить один крошечный котелок да огоньку найти для него.

— Нет, ничего лишнего у меня нет, гуляй откуда пришел.

— Как ты можешь такое говорить! А ведь я так помог тебе с тем дело для Сюза…- начал повышать голос Вайс, но был остановлен усачом.

— Ладно, 2 серебряных и не монетой меньше. Так и быть, бонусом дам воспользоваться очагом,- крайне нехотя произнес Густав, морща напоминающий картофелину нос.

— По рукам,- сразу же ответил Эрик. Нет смысла торговаться с этим скрягой, уже небольшое чудо, что сделка состоялась. Что же, когда-то и таким, как тот полудохлый кадив, улыбается удача.

Растопив снега в новоприобретенной кухонной утвари, и забросив туда заблаговременно нарезанное мясо, Вайзу только и оставалось что дождаться готовности да вернуться с добычей. Вместе с Бьярмой мужчина вернулся в импровизированное укрытие.

— Прошу, с вас за все про все 2 серебряных, за что купил, за то и продаю. Уверен, еще успеет вам пригодиться сей чудесный инструмент, - сказал алхимик, протягивая небольшого размера котелок, покрытый поверх тканью, дабы тепло выветривалось не так быстро.

Отредактировано Эрик Вайс (12-02-2026 19:28)

[Совместный пост: Амори, КМ, Эрик

— К сожалению, мне точно не по пути. Мне нужно зайти отчитаться, Амори, можешь пока подождать здесь? — спросил Аурелиан у брата, после чего, пожав руку Антуану и приняв от него склянки, добавил. — Был рад видеть тебя, старый друг, надеюсь мы как-нибудь встретимся после этого события в более приятной обстановке, а пока до встречи.

— Ты наверняка надолго задержишься. Я тогда лучше пойду и поищу Бьярму и Эвелин, все-таки, мы сейчас вместе пытаемся выжить. — мужчина направился к выходу, но повернул голову к брату — Если ты нас вдруг не найдешь, то жди тут! Мы придем к этой сторожке.

Попрощавшись с Аурелианом и Антуаном, Амори вышел на улицу. Под недоумевающие взгляды привратников, он немного размялся, чтобы разогнать кровь по мышцам, а после задался вопросом, где же именно искать их спутниц? Не придумав ничего лучше, десминерец пошел к тому месту, где они разошлись. Либо найдет следы, либо просто поспрашивает у прохожих, не видели ли ту пеструю компанию.

Амори удачно пересекся с Бьярмой и Эриком на известной развилке. Мужчина и колченогая женщина как раз выбирались с узкой, наметанной снегом улочки на широкий пустующий бульвар, когда заметили выздоровевшего близнеца. Так странно было видеть единственную фигуру загорелого чужеземца в изысканном квартале северной столицы. Бывавшим здесь хорошо помнится оживленная сутолока: совершающий моцион средний класс, экипажи, направляющиеся в Королевский квартал, занятые милыми дамами и их деловитыми ухажерами скамейки, выставленные образцы роскошных товаров из Гриана и Десминера. Теперь, когда все люди переживали кошмар наяву, странно было надеяться, что тот беспечный лад вновь образуется на здешних площадях.

— Ах, это вы, Амори. Выглядите даже лучше, чем в первую нашу встречу, — в свойственной ей ироничной манере поприветствовала знакомца Бьярма. — Вы уже успели познакомиться с господином Эриком? Этот человек работает алхимиком в местной артели, хотя магом не является. Удивительно, что колдуны оказались заинтересованы в нем. Наверное, у него действительно есть талант. Господин Эрик выразил желание сопроводить нас до купола. Возможно, он сможет помочь нам разобраться, как проникнуть внутрь. Где же ваш брат?

— Рад вновь приветствовать вас, господин Амори, до этого момента у нас еще не появлялось шанса побеседовать лично, - радушно произнес алхимик, а после обратился к Бьярме, - будет вам, сестра, не стоит расхваливать мою скромную персону, колдуны тоже не всесильны. Их, как и нас, с ног может свалить даже самая обычная простуда, - после высказывания мужчина вновь адресовал свои слова новому знакомому, - Надеюсь мои знания смогут пригодиться на вашем нелегком пути.  Мне, как жителю этого города, все же по вкусу больше было синее небо над головой, - как обычно отшучивался Эрик, отряхивая сапоги от снега топотом о брусчатку.

Мужчине несказанно повезло, что поиски не оказались длительными и он встретил одну из своих спутниц вскорости, в сопровождении того мужчины, что тащил умирающего. А вот этого самого умирающего, как и Эвелин, с ними не оказалось. Подойдя к ним, Амори выслушал слова Бьярмы не без улыбки, ведь лично его, забавляли подобные моменты. Воистину, хоть какие-то положительные эмоции, в этом беспросветном мраке.

— И все это, исключительно благодаря вам! Страшно подумать, чтобы со мной было, если бы вы не оказали мне первую помощь. Мне несказанно приятно, что моя поправка вас порадовала!

— Будет вам. Неизвестно, сколько времени нам отмерено Десятью. Мы дышим лишь до тех пор, пока их волею защитники города отстаивают наше право на жизнь.

Дослушав женщину, десминерец что-то прикинул в своей голове. В свойственной ему манере, он не знал насколько стоит быть откровенным с алхимиком, от того решил быть аккуратнее. Тем более, что неизвестно что именно сказала ему Бьярма.

— Боюсь что я в тот момент был не в самой лучшей форме, от того не смог познакомить должным образом. — мужчина протянул Эрику руку, для рукопожатия — Как уже упомянула наша с вами знакомая, меня зовут Амори и мне приятно познакомиться с вами, Эрик! Выходит, вас уже посвятили в суть того, чем мы занимаемся, но куда же подевался тот бедолага и наша спутница? — взгляд десминерца вновь обратился к спасшей его женщине — А брат мой сейчас отчитывается тому, кто и поручил для нас такую работу. Видимо, какое-то время он будет занят.

— Всякие неприятности случаются, главное теперь вы в куда лучшем состоянии, чем наш рогатый друг, - рассмеялся Эрик, крепко пожимая руку мужчины. Амори мог заметить при прикосновении, что ладони Вайса свойственны работящему простолюдину, грубые, мозолистые и покрыты множеством следов от мелких порезов. К тому же ногти были хоть и аккуратно подстрижены, но вот сама пластина почернела. Поговаривают, что руки человека многое рассказывают о своем владельце без слов. Алхимик был как раз тем случаем. Многие высокородные господа лишь брезгливо бы кивнули в ответ на приветственный жест Эрика, посмей он протянуть свою кисть первым.

— Эвелин осталась обхаживать своего сородича. Кажется, в настоящее время судьба кадива волнует ее больше нашей миссии. Не будем судить бедную девушку. Ей не удалось узнать ничего о собственном роде, вполне возможно, что найденный Эриком несчастный прольет свет на ту пустоту знаний, какая сейчас у нее имеется. Она не станет терять шанса выведать то, зачем явилась в Нотенхоф, так и нам следует действовать быстрее.

— Даже в столь темные времена судьба может улыбаться некоторым, и надеюсь, в следующий раз она будет благоволить уже нам, - произнес от себя алхимик, бросив краткий  взгляд на Бьярму, а затем, слегка слегка кашлянув, добавил, - в рамках нашей миссии, конечно же.

— Это замечательно, но она полностью оценивает риски? Все же Эвелин, судя по ее поведению, довольно молода и может не понимать опасностей осажденного города. Где она была, когда вы ее покинули?

Втроем они вновь начали подъем наверх — к вершине, окутанной переливающимся магическим куполом, вызывающим немереное количество вопросов. Дорога хорошо была знакома всем: Бьярма и Эрик нередко навещали Храмовый квартал, а Амори за последние дни наверняка запомнил этот тяжелый путь в гору. Не давая своим спутникам углубиться в мрачные чертоги собственных мыслей, бельмастая женщина обратила их внимание на сияние в небе.

— За несколько дней до начала Кровавой луны в столицу стекалось множество влиятельных семей. Вы, верно, могли видеть их экипажи, господин Эрик. Они ехали по этой дороге в направлении королевского замка, где ожидали начала какого-то празднества: может то был день рождения, или объявление чьей-то помолвки, или просто устраивали бал. Господин Амори должно быть скучает по подобного рода развлечениям, а вот нам, простому народу, мир красочных увеселений совсем незнаком. Однако с появлением этого угнетающего зарева маги создали щит. Сейчас за ним должны прятаться по меньшей мере десять фестбергских родов. 

Лестницы. Лестницы, лестницы и еще раз лестницы. Как же прекрасны лестницы. Ты думаешь, что наконец они закончились, но нет, начинаются новые. Порой закрадывается грешная мысль: “Вот бы колдуны наслали чуму на головы тех, кто решил расположить Нотенхоф на горе.“ Впрочем, не смотря на все недовольство архитектурным решением, на лице у Эрика не дернулся ни один мускул, еще бы не хватало, чтобы миловидная сестра милосердия заметила его недовольство. Внезапный разговор  удачно отвлек Вайса.

— О да, я помню как попрошаек с окраин гнали подальше от главной дороги, дабы не портить вид на наш прекрасный Нотенхоф благородным гостям своими грязными обносками. Чуть ли не половина стражи города охраняла ту процессию дорогих и изысканных карет, - задумчиво высказался Эрик, направив взгляд вверх и обхватив пальцами подбородок, - Небось на праздненстве даже стены слепили блеском драгоценных камней, а вино, одна бутылка которого стоила дороже моего бывшего дома, лилось рекой. Интересно, каково им сейчас, быть запертыми в золотой клетке. А вы как считаете, господин Амори?

Очередная шпилька не прошла мимо ушей десминерца, вновь породив улыбку на его губах. Бьряма была права, Амори действительно нравились подобные празднества, даже несмотря на то, что они сопровождались словесными дуэлями и интригами. Впрочем, его в той же степени радовали и посещение таверны, вместе с его командой. А вот что привлекло его внимание, так это упоминание о съезде дворян.

Учитывая то что это королевское празднество, то, несомненно, прибыло много гостей. Если слова Бьярмы правдивы и там не меньше десяти родов, то по идее, все герцогские дома Фестберга отправили как минимум своих представителей. А вместе с ними, как это часто и бывает, в качестве свиты прибыли и представители некоторых графств, входящих в эти герцогства, не говоря уже о графствах входящих в личные владения короля Манфреда. Остается гадать, посетили ли это празднество сами герцоги? А ведь я сильно надеялся, что Николас Хелльберг из Оффенбурга пришлет сюда свои войска. Ну или из Ленхельма прибудет подмога. Проклятье, как же все это неудачно сложилось…

Невеселые мысли, но помочь они все равно не могли. Учитывая темпы, с которыми продвигаются демоны, город все равно не устоит до прихода подмоги. Слишком большое расстояние, не говоря о том, что сама по себе новость поставит остальных герцогов, даже если они остались у себя дома, в затруднительное положение. Герцогство Флауген расположено по соседству, да и герцогская столица ближе всех к Нотенхофу, вот только по другую сторону границы уже был Джевалот. У герцогства Ленхельм, помимо границы с Джевалотом, также была граница с Хизвером. Если они и отправят войска, то далеко не все, опасаясь вторжения южан. К сожалению, но единственной надеждой выжить и дождаться подмоги хоть откуда-то, был только купол.

Желая отвлечься, мужчина решил сначала сделать ответный укол целительнице, прежде чем возвращаться к делу.

— Вы правы Бьярма, там довольно неплохо! И должен заметить, что вы бы прекрасно держали себя, на подобных мероприятиях. Разве что самая сварливая дама, посмела вас упрекнуть в ненадлежащей речи или поведении!

— Нет, вы только посмотрите на этого наглеца, господин Эрик! — возмутилась их собеседница не то в шутку, не то всерьез. — Он явно желает посмотреть, как общество стало бы высмеивать мою кривую спину! Я вам уже грозилась наведением самой мерзкой порчи или еще не успела?

— Я всего лишь указал на то, что у вас крайне образованная речь! И нет, пока что не грозились.

Десминерец рассмеялся, после чего повернулся к Эрику:

— А ответ на ваш вопрос, достаточно однозначен: Там сейчас вполне неплохо. Не знаю что послужило причиной возникновения купола, но раз там планировалось празднество, то там возникли весомые запасы пищи, которые не успели потратить. Так что, отличие от нашей с вами клетки, только в том что у нас она не такая безопасная, а на имеющееся продовольствие, больше ртов.

— Интересное замечание, выходит их жизнь ныне вполне возможно не особо то и отличается от той, к которой высокие господа привыкли. Разве что небеса теперь красиво поблескивают и не совсем понятно, когда подавать полуденный чай. Впрочем это уже проблема только их слуг, - произнес алхимик вместе с тем весело хихикая от слов Бьярмы, - Я считаю господин Амори полностью виновен, он заслуживает вашего урока хороших манер, сестра!

За разговором они не заметили, как приблизились к Приюту Обездоленных. Странное безмолвие вокруг него делало пространство вялым, холодным и до странности напряженным. Еще прошлым днем внутри кипела жизнь; так суетно носились братья и сестры милосердия, что дверь обители не закрывалась. Теперь она была наглухо затворена, а со двора поднимался столб чернильного дыма. Сама благодетельница Круга, пожилая Матильда Цимошевич, стояла перед небольшой ухоженной часовенкой за низким ограждением и усердно молилась, склонив голову и перебирая в сморщенных руках четки. Проходя мимо Приюта, Бьярма споткнулась о булыжник, засмотревшись на сухопарую женщину. Казалось, ей жаждалось узнать, что здесь произошло, однако она не решилась подойти к Матильде и только вопросительно посмотрела на своих спутников: захотят они уделить минуту благодетельнице или они станут подниматься дальше, к куполу.

Захлопнутые двери самого Милосердия очень красноречиво говорили о том, какие ныне времена настали. Для людей не осталась места состраданию. Неужто самые светлые из людей отвернулись ото всех и теперь прячутся за холодными каменными стенами, аль что-то случилось. На удивление Эрика все же нашлась здесь одна живая душа, что возносила слова свои к небесам. В тот момент, когда сестра запнулась, алхимик не медля потянулся рукой к ней, дабы поймать от падения. Но Бьярма справилась и самостоятельно, остановив напряженные пальцы Эрика в сантиметре от ее облачения. Кисть расслабилась и тихонько вернулась на место, будто никогда и не двигалась. Когда женщина посмотрела на Вайса, он лишь пожал плечами.

Десминерец  же посмотрел в лицо целительницы, после чего обратил взгляд  пожилой женщине, на которую она до этого смотрела. Амори не знал, кем она приходиться Бьярме, но по всей видимости, что-то ее заинтересовало в происходящем. Украсив губы легкой улыбкой, мужчина кивнул и направился в сторону молящейся.

Он ступал аккуратно, дабы не потревожить момент единение с богами, а когда подошел близь женщины, решил подождать пока она не закончит молитву. Так или иначе, но мужчина слегка прокашлялся в попытки обратить на себя внимание, после чего заговорил.

— Простите, вам плохо? Что-то случилось?

Шепот Матильды прервался, не закончив молитву, оборвав ее на самой важной для благодетельницы части. Очень медленно, даже для пожилого и больного человека, женщина повернулась к Амори, посмотрела на него размытой водой глаз. Никакие слова еще не сорвались с ее языка, как с той стороны Приюта раздались истошные, душераздирающие крики младенца. Вспыхнуло зарево костра. Густой дым поднялся до самых крыш. Женский безутешный голос безостановочно кричал «нет», вторя ужасному гласу ребенка.

В тот же момент по брусчатке застучали копыта двух лошадей. Всадники, один из которых был Аурелиан, промчались мимо, словно не слыша воплей и не видя дыма. В спешке они скрылись за поворотом, лишь слегка их знакомец кивнул в знак приветствия.

Вид пожилой женщины хоть и говорил о слабости ее тела, но вряд ли общее недомогание, могло послужить причиной истовой молитвы. Когда же до ушей десминерца дошел детский плачь, он не придал этому значения. Ребенок наверняка был голоден, а кормить его наверняка было нечем, но стоит ли злиться на неразумное дитя, которому неведома нависшая над всеми угроза? Вот только, было в этом крике нечто, заставляющее испытывать тревогу, особенно после дошедшей мольбы.

— Ну вот, разбудили чье-то дитя, может стоило просто тихо уйти? - с нервным смешком сказал Эрик. Перспективы вырисовывались далеко от радужных и алхимику все его нутро настойчиво намекало, что он не хочет знать источник криков. Ситуацию нагнетал и промчавшийся братец Амори, что удостоил своих спутником лишь кивком , отправившись покорять просторы верхних ярусов. Ладно алхимик и сестра, но любопытно, что даже близкий родич не был удостоен большего внимания. Руки уже инстинктивно тянулись за припрятанными под плащем кинжалами, готовые обнажить сталь одним быстрым движением.  Янтарные зараза метались из стороны в сторону, стараясь не упустить ни единого движения. Сейчас Эрик напоминал ястреба на охоте, нежели ремесленника с окраины столицы. Складывать голову здесь, даже в компании Бьярмы, у мужчины в планы никак не входило.

В свою очередь Амори, не обернулся на цокат копыт, от того даже не подозревал, что его брат проехал мимо него. Всё внимание было приковано исключительно к внутренним сомнениям. Нутро советовало ему покинуть порог Приюта и спрятаться, вот только был внутри него и другой голос.

Жизнь научила мужчину не быть идеалистом, вот только, воспитание не позволяло бесчувственно и равнодушно наблюдать, когда кто-то страдает. В будущем, эти ценности закрепились на тех примерах, что показали ему сэр Лаверн и капитан Дэвид. Да, пусть и скверным, но Амори все же был  рыцарем, что принес свои обеты перед всеми богами. Нахмурившись, мужчина побежал в сторону шума.

— Раскричалось дитя, да явно не от голода, — нахмурилась Бьярма. — Пойдемте следом за нашим другом и узнаем.

Ворвавшись во двор Приюта, Амори увидел, пожалуй, самое странное и вместе с тем страшное действие в его жизни. Внутри разгоравшегося костра, среди искр, чернеющих ветвей и поленьев лежало маленькое, крохотное существо, охваченное пламенем. Огонь истончал кожу новорожденного, как тонкий пергамент, его крик и всхлипы, разрывающие сердца, становились все приглушеннее. Мать, разродившаяся прошлым вечером, бессильно повисла на руках двух мужчин, по одеждам — братьев милосердия. Они крепко сжимали ее, не давая прорваться в людское кольцо, окружавшее эшафот. Собравшихся было немного, от силы человек шесть. Все они неистово молились, но никто не бросался на помощь истощенной страданиями матери и погибающему младенцу. Наоборот, когда детские крики смолкли, двое поволокли упирающуюся женщину вперед, прямо в жерло огненной смерти.

Эрик посмотрел в глаза Бьярмы и, ничего не говоря сестре в ответ на ее слова, лишь очень тяжело вздохнул, проводя ладонью по лицу.  Выбора нет, придется идти. Усилием воли заглушив изо всех сил бивший тревогу инстинкт самосохранения, алхимик с хмурым взглядом последовал за Амори. Эрик не герой из сказок, не рыцарь справедливости и белокрылый вестник небес, он обычный мужчина с окраин. Его вотчина это исписанные вдоль и поперек книги да разнообразные склянки с целительным и не очень варевом, а не огнем и мечем  высеченная праведность. В  очередной раз уповая на судьбу, Эрик, стоя на некотором расстоянии позади своего нового резвого товарища, увидел сцену от которой даже ему захотелось поморщиться. Чем же согрешило это дитя, раз оно достойно быть сожженным заживо? Рождением? Несмотря на сказанное ранее, происходящее задело алхимика за живое. Ненависть окружающих лишь за то, кем он родился, до боли знакома Эрику.

"Только посмотрите, как эти святоши упиваются своей властью судить всех и каждого, надеюсь, когда придет уже их черед, то будут и дальше согласно кивать, горя подобно этому ребенку" — подумал алхимик, сжимая ладони с такой силой, что костяшки пальцев побелели.

Возникшее перед Амори зрелище, было пугающим и… омерзительным? Скорее всего, это была именно та женщина, которая вчера рожала и ей потребовалась хирургическая помощь. От того вдвойне было обидно, что за все свои мучения, ее решили наградить подобным. Мужчина успел заметить, что на голове ребенка, виднелись малюсенькие рожки. Вестимо, тот малыш родился кадивом, что в сложившихся обстоятельствах напугало и разгневало простолюдинов, которым неведомы такие создания. Справедливости ради, сам мужчина тоже до вчерашнего дня не знал о них, чуть не убив от неожиданности Эвелин. Но девушка была взрослым созданием, а не младенцем. На него, у десминерца бы не поднялась рука, занести меч, даже из страхов.

Именно сейчас Амори осознал, что его меч, по всей видимости, остался у Эвелин. Это было крайне не вовремя, учитывая что на костер потащили уже женщину, но у мужчины в запасе остался короткий нож, что находился в сапоге. Малость, но лучше, чем ничего.

Многовато их, хотя в случае чего, у служителей Круга не может быть много опыта в  драках. А меня все-таки обучали сведующие в войне и настоящих сражениях люди. Ладно, для начала, попытаюсь задавить их авторитетом.

Мужчина вспомнил все те уроки, по тому как держать себя и как правильно ставить голос. Всем своим естеством, он должен был показать, что является представителем высшего сословия. Возможно тогда и удастся решить дело без крови. План, мягко говоря, ненадежный, но иного в данный момент придумать не выходит. Громоглагласным и уверенным, не терпящим никаких пререканий, голосом, Амори окликнул собравшихся, приближаясь к удерживаемой женщине, дабы преградить путь к костру.

— Что за богомерзкое действо вы тут устроили?! С каких пор, Церковь Равенства одобряет жертвоприношения разумных созданий?! Сейчас же отпустите ее, еретики!

Сестра и алхимик следовали за громогласным мужчиной, держась в стороне от происходящего диалога. Их тихие шаги терялись за криками, а силуэты размывались во мраке кровавых небес. Никому не обращал внимания на дуэт, будто Амори стал светочем для мотыльков в рясах. Эрик сложил руки за спиной, обхватив пальцами левой руки правое запястье и, немного согнувшись, склонил голову ближе к Бьярме, дабы не мешать  диалогу основных актеров в развернувшимся выступлении.

Собравшиеся вокруг костра люди вздрогнули от зычного голоса внезапно появившегося человека. Они не выглядели воинственными, сильными или воровато-ловкими — обычные мужчины и женщины в простых серых облачениях, которым страх округлял глаза. Некоторые отступили на несколько шагов назад, другие остались на месте, двое, удерживающие бьющуюся в руках женщину, остановились — достаточно было одного движения, чтобы бросить несчастную в опасное марево огня. Все замерли, словно не знали, что делать дальше, пока через долгие секунды позади не раздался голос пожилой женщины:

— Еретики?! Мы?! Кто ты такой, чтобы обвинять верных последователей Десяти?!

— А кем я должен назвать детоубийц?! Вы сожгли младенца, думая что это демон, хотя на самом деле, это был кадив! Изредка, они рождаются среди обычных людей. — мужчина постарался взять себя в руки и успокоиться — Вы либо действительно являетесь еретиками, либо действовали по собственному незнанию. Если вы так уверены в своей правоте, то чего же не позвали инквизиторов?  Им точно будет интересно узнать,  о том что тут происходит и похвалить вас, если ваши действия правильные.

Мужчина отвернулся от пожилой и указал пальцем на женщину, чьё дитя сожгли.

— Если вы действительно верные последователи Десяти, то не умножайте свои грехи и отпустите ее. Уверен, что Покровители простят ваши действия, продиктованные страхами и незнанием А иначе, свои грехи умножу я и будьте уверены, сделать я это смогу и голыми руками, совершенно не утруждаясь…

Последние слова, прозвучали с такой уверенностью, будто Амори рассуждал, что возьмет себе ломоть свежего хлеба, не прибегая к ножу.

— Кадив? — залепетала непонятливое слово толпа. — Какой еще кадив?

— Молодой человек, — грозно заговорила благодетельница Круга Милосердия, — не вам раздавать мне указания. Если вы учините нам препятствие или, более того, подвергните смерти хотя бы одного находящегося здесь послушника, клянусь богами, вам это с рук не сойдет! Едва ли кровопролитие братьев и сестер Приюта сделает вам чести. Вы угодите в тюрьму. И бесславно помрете там. Ваш покровитель отвернется от вас, как от человека, не позволившего осуществить правое дело. Ради человечества. Ради самой жизни!

— Боюсь что и не вам, говорить о том как мне поступать, да и мой Покровитель сам решит, принимать меня или нет. Я повторю то, что уже говорил: если вы так уверены в своей правоте, то почему не позовете инквизиторов? Вы готово убить невинную женщину, как и ее дитя, даже не удостоверившись что поступаете правильно? Позовите их и тогда  никто из ваших подопечных не пострадает. Я не прошу многого.

— Просьба? Вы врываетесь в наши владения и предъявляете самое настоящее требование! Что за мать родила и воспитала такого плебея?! —  злилась женщина, сжимая кулаки.

— Плебея?!..
— Иронично видеть картину, где считающиеся чистейшими из людей готовы пустить друг другу кровь с такой легкостью. Достаточно лишь верить, что они поступают правильно, - проронил фразу сестре своим глубоким, низким, но еле слышимым голосом Вайс, что на фоне девушки был подобен огромной каменной статуе, в тени которой она укрылась.

То ли он говорил о фанатиках, то ли об Амори, то ли вспоминал что-то иное, обычно спрятанное за приятной улыбкой. Горечь и бессилие легко читалась во взгляде Эрика, направленного на младенца. Известная ныне Вайсу алхимия не сможет спасти эту жизнь. Его нынешних возможностей слишком мало. Слишком мало он изучил, слишком мало он прикладывает усилий. Большее, нужно большее. Зрелище пробудило в алхимике, на удивление, жажду. Эрик перестанет быть настолько немощным, соберет больше знаний.

— Вера может стать таким же смертельным оружием, что и яд. Она требует особого управления, чтобы не выйти из-под контроля, как любая сила, — вывела его из мыслей бельмастая собеседница, поддерживающе похлопав Эрика по спине.

Смотреть на происходящее было больно. И даже не от угасшей жизни замолчавшего ребенка, чья кровь пузырилась и кипела от высоких температур костра. Бьярма искоса за всем наблюдала, плотно сжав губы. Здоровым глазом она оглядела Эрика с ног до головы и кивнула в сторону Амори.

— Ты ведь силен и тащил целого кадива на себе. Этот господин не так давно был серьезно ранен и сейчас находится не в лучшей форме. Усмири его, по-хорошему, иначе его ждут огромные неприятности, о которых он, вероятно, слабо себе представляет.

— Пожалуй у нашего друга и правда сейчас не хватает здравого смысла, может он обронил его пока был на плечах у своего брата? - слова Бьярмы отрезвили мужчину от своих мыслей. Он не спорил с женщиной и вновь разогнулся, расправляя плечи. Эрик шагнул вперед, выплывая из темной пелены дворика и кашлянув, дабы не слишком пугать местных, произнес, - Господин Амори, прошу вас, остановитесь, у нас есть важная задача, думая о важном, не забывайте о главном.

Алхимик приблизился к своему спутнику и положил свою руку на его плечо. Татуированные пальцы сжались, не слишком сильно, чтобы причинить большую боль, но достаточно, чтобы попытаться начать тянуть мужчину назад.

— Примите наши искренние извинения за этого человека, братья и сестры. Ему сильно досталось недавно. Я знаю, в ваших искренних сердцах найдется милосердие простить его. В этом городе и без того хватает насилия и крови. Мы немедленно вас покинем, - Эрик обращался к убийцами детей и женщин, используя весь свой природный шарм. Алхимик не хотел применять излишнюю силу по отношению к Амори, но был наготове, если это потребуется. Очень хотелось, чтобы сегодня день закончился без ненужных приключений.

Появление Эрика прервало разгорающийся гнев десминерца. Его не задело сравнение с простолюдином, как и не сильно заботило что думала эта женщина о нем. Задело его упоминание матери, будто она плохо исполняла свои обязанности.

Пока фестберец пытался замять ситуацию, Амори смог взять паузу и успокоиться. Вот только он ни капли не разделял мнения Эрика и не собирался просто уходить, как того желал алхимик, а потому мягко убрал его руку со своего плеча.

— Благодарю, но не говори за меня и не вмешивайся. — мужчина вновь повернулся к пожилой женщине, которая была благодетельницей круга. — Моё имя сэр Амори де Флери. Я наследник герцогства Ордисон, но важно не это. За эти дни погибло великое множество людей, а сейчас вы убили невинное дитя и готовите такую же участь для его матери. Потому, да, я настоятельно прошу вас не совершать такую ошибку и подождать, пока Инквизиция подтвердит или опровергнет вашу правоту. Дитя уже мертво, а женщина никуда не сбежит, потому и торопиться некуда

Эрик мученически улыбнулся в ответ на слова дворянина, делая шаг назад. Работать с препаратами и порошками было дня него куда комфортнее, чем с людьми и их чувствами. Так хочется вернуться в свою сожженную лабораторию, а не все эти проблемы, обрушивающиеся на его голову.

— Вину будут определять боги, сэр Амори, — назидательно сказала Матильда, правой рукой выводя символ солнца перед собой. — Без этого деяния могло погибнуть еще больше людей. Если покровители решат, что мы совершили страшный грех, нам не избежать кары. И мы примем свою участь, как принимают все смертные.

— Матрона! — жалостливым и призывающим к состраданию голосом закричала приговоренная женщина. — Пожалуйста, прислушайтесь к этому господину! Я не виновата!

— Твоя утроба породила нечестивого! — повернулась к ней суровая благодетельница. — Почем мне знать с кем якшалась ты по подворотням? Но в словах сэра Амори есть истина. Пусть твою судьбу решит Инквизиция. Но знай, что их наказание окажется страшнее костра, на котором погибло твое проклятое дитя.

В сопровождении двух мужчин Матильда вышла со двора, и было видно, что путь их действительно лежал в сторону штаба. Остальные братья и сестры милосердия быстро покинули дворик и вернулись в Приют, желая забыть страшное место, которое, впрочем, еще долго будет преследовать их в ночных кошмарах. Убедившись, что посторонних не осталось, Бьярма подошла к костру и подобранной с земли палкой вытащила остатки тела ребенка. Снег быстро затушил огонь, однако пламя хорошо повредило кожу маленького кадива. Когда тело стало не таким горячим, женщина сделала несколько надрезов на обожженной коже и смогла выцедить немного крови в подставленные ею колбочки. Спрятав их в котомке, она посмотрела на своих спутников.

— Времени у нас, конечно же, невероятно много. Мы можем погреться у костра и даже поспать рядом. Это все равно теплее, чем на голой земле, которая вскоре станет нам постелью, поскольку места для ночлега мы не нашли. Вы также можете похоронить младенца. Или мы, наконец, отправимся по следу нашей миссии?

[ Для атмосферности и передачи настроения сцены композиция: Keiichi Okabe - Sweet Memories]

— С вашего дозволения я бы хотел упокоить это дитя как подобает в Фестберге, предав тело огню, - тихо произнес свою просьбу Эрик, обращаясь к своим спутникам и опустив глаза.

Он не задавал вопросов о надругательстве над телом женщиной. Как ученый, Эрик мог бы понять ценность того, что она собирала редчайший материал не изученный людьми. Возможно сестра знает, как может пригодится эта кровь в будущем. Вайс не требовал ответов немедленно, в этот момент он лишь хотел подарить созданию столько нелегкой судьбы мирный, последний сон. Мужчина был не робкого десятка, но сейчас Эрик видел в обугленном теле ребенка, что ненавидел весь белый свет лишь от того, что тот родился, свое отражение. Сиюминутная слабость каменного сердца. Все же Эрик человек и иногда сентиментальность ему не чужда.

Алхимик подобрал палку, которой орудовала Бьярма и принялся пересобирать костер из жертвенного в погребальный. Теперь это было не место казни, но подобие колыбели, что готово было принять в свои объятья крохотное обугленное тельце. Эрик, присев на колено, бережно поместил остатки некогда живого создания в горящее ложе. Младенец будто тихо спал, первый и последний раз. Вайс поднялся и сложил руки перед собой, обхватив ладонью свой второй кулак. Глаза безмолвной и неподвижной фигуры были прикрыты. Лишь ветер полный снежинок слегка трепал волосы Эрика. Молился ли он? Проклинал ли истовых верующих? Может желал ребенку счастливого пути? Нельзя было понять что происходило в голове мужчины. Простояв в этой позе, подобно статуе, несколько минут, Вайс открыл глаза.

— Прошу простить за эту маленькую слабость, можем отправляться, дела не ждут, - мужчина говорил так, будто извинялся не только перед спутниками, но и перед самим собой.

Разговор благодетельницы и женщины не внушал оптимизма, но то что ее судьбу будет решать Инквизиция, уже хоть как-то обнадеживало. Когда трое спутников остались одни, десминерец облегченно вздохнул. Голос разума восторжествовал, тем самым удалось избежать смерти служителей Круга. Мужчина действительно был готов убить их и если бы не Эрик, то это наверняка бы произошло. Все же, иногда нужны пару мгновений, которое позволят возобладать над своими чувствами и именно их, своим вмешательством подарил алхимик.

Когда Бьярма подошла к младенцу, это несколько удивило Амори. Он не ожидал, что целительница может быть сентиментальной, но ее дальнейшие действия усилили его удивление, правда оно было уже другого рода. Когда она начала сцеживать кровь сожжённого младенца, это заставило его внутренне поморщится, но осуждать не стал. В конечном счете, Бьярма спасла ему жизнь и быть может, кровь этого младенца спасет жизнь кому-то другому, хотя цели женщины и не были ясны.

А вот предложение Эрика, мужчина воспринял с воодушевлением и даже помог в меру своих сил. Обгоревшее тельце вызывало сожаление, пусть даже останься ребенок в живых, в дальнейшем ему бы пришлось нелегко. Тем не менее было несправедливо, что жизнь этого неповинного создания закончилась так скоро.

Пусть ты не успел выбрать своего покровителя, но надеюсь что Ибеир заберет тебя к себе и покажет все те красоты, которых ты не увидел при жизни.

Таковая была краткая молитва Амори. После скорого погребального обряда, он выслушал алхимика и язвительные комментарии Бьярмы, и только после того как они закончили, взял слово.

— Да, пройдемте к куполу, только сначала ответьте на вопрос: а где мой меч?

Отредактировано Эрик Вайс (31-01-2025 19:26)

[Совместный пост: Эрик Вайс, КМ, Амори де Флери]

Простившись с младенцем, Эрик отогнал от себя наваждение, вновь вернув самообладание. Пара минут слабости - это все, что мог позволить себе мужчина. Вдох. Выдох. Лицо покинула печаль, а взгляд сфокусировался на удаляющейся сестре, что, несмотря на хромоту, уже успела солидно оторваться вперед. Работа не ждет. Вайс без осложнений нагнал эту привлекательную фигурку, оставаясь на один шаг позади у правого плеча. От греха подальше лучше не бесить Бьярму лишний раз, особенно сейчас, так что Эрик даже не пытался завести разговор первым, да и не то чтобы горел сейчас огромным желанием.

Десминерец также последовал за целительницей. Не получив ответа на свой вопрос, касательно судьбы меча, он нахмурился но рассудил что возможно Бьярма не услышала его, будучи погруженной в свои мысли. Решив оставить эту тему на потом, Амори вспомнил о том что говорил своему брату, ждать его у той сторожки, коль он не найдет их. Найти его было более первостепенной задачей, перед походом к куполу. Заодно, Аурелиан мог бы помочь ему разжиться броней. В конечном счете, он ведь занимает высокое положение в Инквизиции, так что такое не должно являться для него проблемой.

— Подождите! Нам надо сходить за моим братом, он наверняка уже ждет нас.

— Учитывая то, что он пронесся мимо нас недавно, это вполне возможно.

Алые небеса, усыпанные белыми хлопьями, что лениво кружились в своем танце, можно было бы назвать даже красивыми. Несмотря на атмосферу отчаяния, нависшую над городом,  эта картина легко могла завораживать живущих в этом городе, если бы их взгляды не были устремлены вниз, теряя последние силы и те крохи надежды, что ёостались у местных. Совершенно не хочется сейчас думать о том, что ты один из них, что лишь на чистом упрямством превосходит лишенных веры в будущее. Нельзя больше позволить себе слабину, если не хочешь стать тем, кто наличием  жизни в глазах мало отличается от окоченевших трупов в переулках.

От очередного потока мыслей алхимика оторвала тряска, будто расползающейся по швам, земли. Раскинув руки в стороны, подобно тому, как это делают цирковые акробаты на канате, Эрик приложил изрядно усилий, дабы не плюхнуться следом за Бьярмой на мощеную дорожку. Стоило равновесию восстановиться, как дрожь в ногах от хохота, будто звенящего в каждом позвонке алхимика, вновь попыталась уронить мужчину. Сердце забилось быстрее, в висках гудело от волнения. Когда же этот проклятый день наконец закончится. Эрик привык доверять своим инстинктам, но те потихоньку начинали сходить с ума. Впрочем, чутье пока ни разу не подводило алхимика, к сожалению или к счастью.

Погруженный в свои мысли, Амори шел с отрешенным видом. Его голову занимали мысли о том, где бы раздобыть еды, снаряжения, ночлег, что сейчас с Ордре и Бураном, через сколько времени демоны сделают свой следующий шаг, получится ли у спутников воплотить их замысел, не волокут ли Эвелин и ее знакомца на костер. И с каждым возникшим вопросом, голова болела все больше и больше, ведь неважных среди не было, как и четких ответов на них.

От того, когда земля задрожала под ногами, мужчина не сразу осознал этот факт, пока толчки не стали ощутимее. Тело десминерца среагировало быстрее рассудка, памятуя как ему поступать в таких случаях, и компенсировало неустойчивость поверхности, балансируя коленями и поясницей. Мужчина резко обернулся в сторону врат, уходящих на нижние ярусы и прислушался.

Неужели ворота уже пробили?!

Но возникший в его голове смех, развеял эти сомнения. А быть может, просто отодвинул их в сторону. Что бы не послужило причиной землетрясения, но мужчина не услышал ни криков ужасающихся людей, ни утробного рыка тех тварей, на даже падения сорванных врат о каменные плиты. А в ночной тиши, эти звуки разнеслись бы подобно колокольному звону.

Первым делом Вайс, придя в себя, протянул свою открытую ладонь упавшей спутнице, и, аккуратно придерживая  ее, помог встать женщине.

— Я… без понятия, что это было, — опережая всякие вопросы, сказала ритуалистка. Принимая руку помощи Эрика, она кое-как вернулась в вертикальное положение и отряхнула юбку от снега. — Если это демонические ухищрения или их магия — то скорее, чем мы того ждали, окажемся в царстве покровителей. Давайте без глупостей в этот раз! За куполом может находиться наше спасение!

— Я тоже однозначно за то, чтобы мы проследовали в как можно более безопасное место. Как-то пока  не горю желанием снова  искать источник этого голоса, - произнес алхимик, обращаясь к напарникам приключения и отдельно  хищно блеснув  глазами в сторону Амори.

— Так идемте. — ответом на взгляд Эрика, послужила вскинутая в непонимании бровь.

На пути к поблескивающей барьером вершине города, Эрик то и дело останавливал себя от желания взвалить на свои плечи Бьярму дабы выиграть больше времени, все же в свои ноги мужчина верил куда  больше, чем в ее. Впереди ожидала стража врат Третьего яруса, трясущиеся от страха подобно голым ветвям деревьев стоящих вдоль дороги. Но несмотря на состояние солдат, алебарды скрестились прямо перед носом у отряда.

— С-с-стоять! По к-к-какому праву вы п-п-пытаетесь попасть в обитель б-б-благородных! - еле выдавил из себя стучащий зубами от страха офицер вздернув нос.

Эрик выступил в этот раз вперед, кланяясь по всем стандартам этикета слуг высшего света, которые не раз наблюдал у тех, кто приходил в Артель с поручениями от своих господ. Хоть ему и хотелось бежать прочь, но ни единый мускул на лице не дрогнул, показывая его силу воли.

— Мы в обязательном порядке должны доставить эту сестру Милосердия на Третий ярус по указанию нашего господина, здоровье его сына под угрозой, прошу не препятствовать исполнению его воли! - рявкнул алхимик на повышенных тонах с такой уверенностью, будто от здоровья несуществующего ребенка зависело благополучие всего города, сверля солдата взглядом.

— Н-н-назови имя своего г-г-господина! - офицер выглядел так, будто сейчас, от всех навалившихся на его голову событий, его ноги сейчас подкосятся и он просто упадет пуская пену изо рта.

— Клаус из благородного рода Вернер! Прошу вас, каждая минута на счету! Любая заминка может быть фатальной! - Эрик все напирал, не давая стражу собраться и начать мыслить трезво.

— П-п-почему слуги господина Вернера х-х-ходят в таких л-л-лохмотьях? - мужчина напротив алхимика уже чуть ли не плакал.

— Дабы чернь не препятствовала выполнению нашей задачи! Если мы застрянем здесь из-за вас и сын господина Клауса не увидит над головой более солнечного света, готовы ли вы понести всю тяжесть ответственности за это?! - Вайс говорил с яростью, будто не согласись служивый с ним, то земля разверзнется прямо здесь, готовая пожрать офицера за его самый страшный грех в жизни.

— Ы-а-а-а-а-а-а, - солдат поежился, закрываясь  руками, подавленный под напором алхимика.

— Дорогу! Не чините препятствий слугам великого рода Вернер! - слова Эрика были сказаны с такой уверенностью, что даже у спутников алхимика могла проскользнуть мысль, что они идут спасать какого-то очередного ребенка.

— П-п-пропустите их! - отмахнулся служивый своим белым как мел подчиненным, которых тоже начало изрядно потряхивать от напряжения.

— Благодарю, род Вернер никогда не забудет вашего благоразумия! - ни на секунду не ослабляя своей хватки над солдатом, произнес Эрик хватая за руку Бьярму, чтобы как можно быстрее покинуть врата Третьего яруса, пока стража не успела прийти в себя. За скорость Амори сомнений у алхимика не было.

Весь диалог алхимика и стражников, десминерец предпочел молчать и лишь однажды, тяжело вздохнул. Собственная бесполезность в нынешних обстоятельствах, уже порядком раздражала Амори, а тут ещё брат куда-то запропастился, чтоб его. А ведь ещё не факт, что Аурелиан сейчас в добром здравии.

Гребаный вор, из-за которого я сейчас нищий. Проклятый Страж Артели, что спалил все вещи. Ещё и мой братец болван, за которого переживать теперь надо…

О, наконец-то Эрик уболтал этого мямлю. Если бы такой стражник был в Ордисоне, я бы его нужники чистить отравил, пока вонь не выбила эту слабохарактерность.

Медленный ход диалога начинал действовать женщине на нервы. В спину, помимо ветра, хлестко бил страх, подгоняя к решительному подъему, однако остолопы на стражниках тормозили и загораживали путникам проход. Эрику пришлось разыграть целое представление, чтобы убедить солдат пропустить их внутрь. Его уверенному напору стоило отдать должное, хотя Бьярма в тот момент думала о другом: как ей жаждется приложить твердый камень к головам этих законодательных зануд. Ее плохое настроение распространилось испепеляющим взглядом и на алхимика, слишком долго, по мнению ритуалистки, занимавшегося разговором с караульными. Помимо того он осмелился схватить ее за руку, чего женщина никак не могла простить — не сказала слов, но впилась острыми ногтями в мужскую ладонь, точно кошачьими когтями, чтобы не повадно было в следующий раз творить немыслимое.

Скрывшись наконец от глаз ошалевших солдат, Эрик отпустил женщину. Хотя женщина и проявляла максимальную агрессию к действиям алхимика, тот и бровью не повел, его покрытым шрамами рукам не привыкать к боли, а это меньшая из нынешних проблем. После той тирады алхимик не произнес больше ни слова, предпочитая молча следовать намеченном маршруту. Не было больше времени разглядывать ни архитектуру, ни людей населявший этот район. Алхимик может быть и не хотел бы поцеловать купол своим лбом, да вот разогнав своем крепкое тело, ноги, даже остановившись сами, продолжили скользить по льду укрытому снегом, словно на катке.

Заметив в последний момент мерцание в воздухе, Амори остановился перед куполом, чего не успел сделать Эрик, на своей шкуре испытав эффект защитного заклинания. Десминерец непринужденно рассмеялся этому, после чего начал разглядывать дворец и его внутреннюю территорию. Архитектурный стиль фестбергцев был примечателен, хотя десминерский и грианский, Флери предпочитал больше. Но заострил внимание он не на этом. Мужчина видел то же самое, что и другие, но если их могло удивить отсутствие слуг или прогуливающихся, которые могли просто не находить причин, покидать дворец без необходимости, то мужчина обратил внимание именно на отсутствие стражников, что в корне расходилось с тем, чему его обучали дома и при дворе.

— Странные ощущения, — прервала безмолвие Бьярма. — Эрик, может попробуете еще раз использовать вашу голову вместо тарана? Мне показалось, что на куполе в том месте возникла трещина.

— А у вас, сестра, на удивление хорошее настроение в такой-то атмосфере, пока предпочту отказаться от столь интересной идеи, - состроил кислую мину алхимик, потирая ладонью место удара.

— Значит, на пожертвования и добрые дела вы скупы, — язвительно заявила она в ответ, подушечками пальцев касаясь невидимой границы.

О, у Бьярмы появилась ещё одна цель для язвительных комментариев! С одной стороны радует, а с другой, даже как-то обидно.

— Странно все это. — мужчина повернулся к своим спутникам и указал рукой на бойницы в башнях и стенах, а также на дворцовые ворота — Видите? Ни одного стражника. Меня всегда учили, что скука — самый страшный враг армии, который разъедает дисциплину и превращает даже самое отборное войско или стражу, в обычный сброд. Даже если во всем мире не было ни единого живого существа, стражников бы ставили на посты или гоняли на тренировки, просто, чтобы занять их.

— Знаете… - Вайс не успел закончить фразу, переключив внимание на звук

Дикие собаки так глубоко в городе? В Третьем ярусе? Не может быть. Откуда?

Вой, что привлек внимание группы, сменился рычанием. Было больше вопросов, чем времени их задавать. Своими инстинктами напоминавшему больше дикого зверя, Эрику первому удалось заменить пылающих гончих. Рефлекторно пальцы потянулись за припрятанные под плащем метательные ножи, висящие на левом бедре. Видно, как естественно и обыденно мужчина делает это. Блеск металла в ладони, прищуренные глаза, бросок. Нож просвистел пролетая рядом с Амори, стоящим между Вайсом и незваными гостями. Атака Эрика была столь стремительна, что заняла лишь один вдох.

Десминерец тоже услышал вой и был шокирован увидев столь противоестественных созданий, в казалось бы, безопасной области города. Рука сама собой потянулась к мечу, но закономерно, лишь хлопнула по поясу, заставив мужчину скорчить недовольную гримасу.

С ножом, я буду слишком уязвим для этих тварей. Надо бы бежать, может удаст… Проклятье, Бьярма то точно не сможет оторваться от них!

Разум начал лихорадочно перебирать варианты, в попытках найти решение. Если у них такая же едкая кровь как у тех тварей, что они встретили на нижнем Ярусе, то использовать нож слишком рискованно. Мужчина мог навредить себе больше, чем этим псевдособакам. Благо, алхимик метнул в одну из тварей свой кинжал, а значит, по цвету ее крови он сможет понять, едкая она или нет.

Однако скорости реакции алхимика оказалось недостаточно. Клинок, летевший в череп несшейся вперед твари, не достиг цели.  Ее мускулистое тело выстрелило словно пружина в тот момент, когда должно было столкнуться с металлом. Оружие воткнулось в снег, так и не сделав ничего. Алхимику лишь оставалось цокнуть языком, пока потустороннее зверье взмыло в воздух, разинув пасть в сторону его товарища.

Флери недовольно цокнул языком, пока изготавливался к ближней схватке. Одна из тварей попыталась вцепиться ему в горло, на что мужчина ответил ей ударом наотмашь, тем самым откинув ее к земле. Другая, попыталась схватить его за икру, вестимо в попытки обездвижить свою цель и дать своему сородичу шанс, чтобы вновь попытаться воплотить задуманное.

Амори ударил эту тварь по голове, сверху вниз, заставив ее клацнуть челюстями воздух. Раз увидеть их кровь безопасным образом не удалось, то оставалась единственное решение: попытаться свернуть псевдособаке шею. Идея ненадежная, но лучше у него не было. Но только мужчина ринулся, чтобы схватить ее за голову, как голова его жертвы развернулась к лицу мужчины, окатив его пламенем. Уже второй раз за день, из горла Флери исторгнулся утробный крик, полный боли, заставив его припасть на колено.

В тот момент, когда Амори начало пожирать пламя гончих, а Эрик схватился за рукоять одного из кинжалов прикрепленных за спиной, Бьярма протянула мужчине глиняный сосуд. Эта женщина умеет приятно удивлять. Алхимик легко узнал в подарке тушащую бомбу. Усы мужчины растянулись в улыбке, пока пальцы обхватывали новую игрушку. Он успел очень соскучиться по таким крошкам, что сгорели вместе с его лабораторией.

В этот раз даже целиться не было большой необходимости, цель прямо перед носом. Хорошенько замахнувшись, Эрик  метнул сосуд прямо в полыхающего Амори. Тонкая керамика легко треснула от удара о благородного человека, высвобождая алхимический состав во все стороны. Жидкость покрыла не только мужчину, но и собак его окружавших. Вместе с тем, как погас факел из Амори, угас огонь, что поддерживал жизнь в тварях. Удачное совпадение, стоит запомнить подобную слабость на будущее. Вряд ли под юбкой у Бьярмы целый склад добра, подобно тому, что она поделилась с алхимиком сейчас.

В первую очередь Эрик шагнул вперед, к тому месту, откуда выскочили гончии, дабы проверить, не ждет ли компанию еще гости, а заодно забрал клинок, что так и не достиг своей цели. Сестра в этот момент как раз могла помочь менее удачливому спутнику.

— Как состояние? - обратился к своим компаньонам  алхимик, уже припрятавший свой нож там, где ему и место.

Но всякие вопросы были излишни, ведь когда десминерец поднялся и убрал руки с лица, алхимик увидел сильнейший ожог на его правой половине, так же как и на шее и груди, пусть и слабее. Мужчина встал с колена и начал глубоко дышать, в попытке хоть как-то выровнять заглушить это омерзительное чувство, которое уже второй раз за день, настигло его. Он понимал, что ожог очень серьезный, но что с этим делать, не было никаких идей. Шипя, он ответил Эрику:

— Поганое…

Ну что за срань… Чем я так провинился, что со мной это происходит? Как будто и вправду порчу навели, хотя и я понимаю, что это не так…

— Если вы можете хоть что-то с этим сделать, то давайте. А если нет, то прошу, не будем медлить и разберемся с этим куполом. Может хоть внутри, получим все что нам требуется.

Совместный пост [КМ, Эрик Вайс]

В этот раз Артель, узнав в алхимике одного из своих, не скалила зубы на гостей. Эрик двигался так же привычно и непринужденно, будто шел на кухню заварить себе чая. Слишком часто он повторял этот маршрут, чтобы не помнить его на уровне уже мышечной памяти. Хотя даже одна ошибка могла бы дорого обойтись вторженцам. Тайные слова сорвались с губ алхимика, словно приветствие доброго сторожевого пса, ответившего лязгом шевелящихся петель.

— Дом, милый дом, хотя и нынче и пустующий, - произнес алхимик воодушевленно.

— Эрик, вы знаете его повадки лучше нас. Хочется верить, что ваши отношения с ним настолько же близки, насколько высока ваша уверенность в том, что малознакомая женщина не отметит вас пощечиной за попытку схватить ее за руку. Окажите всем услугу и займите болтовней старика. Я, в свою очередь, осмотрюсь вокруг. Не каждый день выдастся шанс беспрепятственно вломиться к магам и изучить их секреты. Если от меня еще будет кому-то польза — я вся во внимании.

Она все еще зла…

— Не стоит недооценивать старика. Худшее решение вопроса - пытаться утаиться от него. Я поговорю с ним о нашем спутнике. Якоб хоть и ворчлив, но сердце у него доброе. Надеюсь вы не слишком испортили ему настроение. Еще увидимся, - алхимик развернулся на каблуках, махнув рукой на прощание. Звон его сапогов потихоньку затихал где-то в глубине коридоров.

Шагая по осиротевшей Артели, Эрик шел не как вор, но как полноправный член организации, уверенно чеканя шаг. Где же мог сидеть старик? Конечно же в своей любимой библиотеке. Недаром он ей заведовал столько лет. Якоб не очень привечал алхимика в обители магов, ведь тот был лишен магического дара, но все же уважал его отца и иногда пользовался услугами Эрика. Подойдя к двери хранилища магических знаний, Вайс постучал как подобает воспитанному гостю. Выждав пару секунд, мужчина вошел, чтобы увидеть старика, греющегося в кресле у камина. Вежливо кашлянув, сотрудник общества повысил свой голос, не слишком громко, чтобы напугать хозяина места, но и не слишком тихо, чтобы его было слышно с другого края зала.

— Старик Якоб! Здравствуйте! Это я, Эрик, Людвигов сын! Потолковать мне с вами надо, надеюсь вы не откажите мне в этой просьбе!

— А, явился, наконец, — ворчливо отозвался старик, поворачиваясь в кресле лицом ко входу. — Что в городе слышно?

Эрик продвинулся вглубь комнаты, дабы вести диалог было удобнее.

— С чего бы начать? Событий в городе много, а хороших новостей у меня, к сожалению, с собой нет. Первый ярус пал, второму тоже долго не осталось. Мой домик тоже сгорел к чертям этим треклятым. Бывал я и на верхних ярусах, там земля по швам трещит да по улочкам хохот гуляет, такой, что в дрожь пробирает сильнее любых зимних морозов. Все жители, что могли, попрятались куда могли, подобно крысам, и носа на улицу не высунут. А что у вас здесь, в нашей вотчине?

— Хохот? Тебя часом не лихорадит? Проверился бы ты у лекарей. Не подходи ко мне близко, не хочется и мне заражаться. Ты оставайся-ка в артели, да не высовывайся никуда, пока не закончится этот беспорядок. Здесь безопасно, магия нас убережет, — поправив шерстяное одеялко, Якоб опять начал смотреть в огонь. — А что тут произойти может?

— Хотелось бы, что привиделось мне. Спасибо, что разрешил остаться здесь. Могу ли я попросить еще об услуге, вас, великий хранитель тайных знаний? Сопровождают меня трое, двое мужчин и одна женщина. Не сочтите за дерзость. Позвольте остаться и им здесь, под моим надзором. Если учудят чего недоброго - сам их из нашего благородного дома своими же руками вышвырну. А если еще один из моих товарищей ранен сильно. Прошу вас, помогите ему. И я, и они за это будут вам обязаны. А вы знаете, свое слово я всегда держу. Золотом ли, услугой ли, но не оставлю вас в обиде за добро ваше, - Эрик смиренно поклонился старику, в его словах читалась искренность. Впрочем и поводов не верить себе алхимик никогда не давал, всегда выполняя то, что было на него не взвалил.

— Кого ты в артель привел, чудёнок?! — начинал распаляться старик, поднимаясь из кресла. — У нас не постоялый двор, чтобы сюда приводить всякого ирода! Тебя-то здесь принимают, лишь потому что отец твой заступился и польза какая-никакая да имеется. Это святыня магов! Неужели ты, бестолочь долговязая, это не усвоил?!

— Не гневайтесь, господин Якоб, я думаю лишь о благе нашей Артели. Гости они не простые, иметь в долгу таких большая удача. По гроб жизни вам должны будут! Это точно поможет упрочить наше влияние и в Нотенхофе, и даже в других королевствах. Вас даже старший маг за такую услугу уважать начнет! Никакие лавры себе я не заберу, все вам оставлю. Вас наконец начнут оценивать по вашему достоинству! Прошу, подумайте об этом, - произнес  Эрик, поднимая ладони вверх в попытке успокоить старика.

— Да нужны мне твои лавры, как рога зайцу! — сплюнул старик. — На кой ты их сюда приволочил?

— Скажу без прикрас, старик, как есть. Помнишь группу, что была у тебя сегодня утром? Там есть одна колченога женщина, которая пообещала мне помочь в личном вопросе моей семьи. Как бы я не хотел оставить остальных из ее группы, дабы облегчить свою задачу, но она ни в какую не хочет идти без них. Хотя бы рогатая пошла своей дорогой. Я бы обратился к своему отцу по этому вопросу, но его здесь нет. Я даже понадеялся бы обратиться к моей матери, но она за барьером, что нельзя преодолеть. Не помогай им, помоги мне. Мы с тобой знакомы уже давно. Прошу, не брось меня в столь патовой ситуации. Как отплатить тебе я как-нибудь да придумаю. Это правда важно, я не в состоянии закрыть глаза на выпавший мне шанс, - очень устало ответил Эрик. Он вымотался играть роль любезного и безотказного добряка. До этого он не врал Якобу, не врал и сейчас. Ему только и осталось, что потирать шею, на которую взвалили столько нежеланных проблем.

С тяжелым вздохами и охами Якоб слушал Эрика, скрестив руки на груди и потирая белобрысую бороду пальцами. Его длительное молчание уже начало восприниматься за отказ, как он вновь подал голос.

— И сколько они здесь пробудут?

— Не больше одного дня, если раненый встанет на ноги. 

— До утра, — кивнул старик. — И чтобы никуда не совали свой нос! Узнаю — тебе первому достанется.

— Спасибо тебе, постараюсь уж присмотреть за ними в стенах Артели. Загляни к ним, как будет время. А ежели будет нужна моя помощь - обращайся, - воодушевления в голосе Эрика на этот раз не было, скорее слышалось, как с его плеч сняли одни из мешков с проблемами.

Разобравшись наконец с насущными проблемами, Эрик растворился в стенах Артели до поздней ночи, кто знает, где он был в тот момент.

                                                                                          ***

По утру, лежа в кровати отцовской спальни, закинув руки за голову, алхимик думал о прошлой ночи. А поразмышлять было о чем. Однако мысли его прервал шум металла.

Братья? Она? Незваные гости? Кто-то активировал стража! Неужели Второй ярус пал за эту ночь?! Нужно спешить.

Не считая плаща и сапог, Эрик спал в одежде. Натянув обувь, закинув сумку на плечо и накинув верх, алхимик стрелой рванул к источнику звука. Мелькали коридоры и двери комнат. Когда до Стража оставался один лишь поворот, мужчина аккуратно выглянул из-за угла оценивая обстановку.

Отредактировано Эрик Вайс (12-02-2026 19:36)

Совместный пост: [Эрик Вайс, КМ, Аурелиан де Флери]

Обнаружив за поворотом Бьярму, Эрику только и оставалось, что подойти к ней, возможно та уже успела разведать обстановку. Он двигался еле слышимо, ожидая подставы впереди. Здоровенный силуэт выглянул из-за плеча девушки, пугая ее. Удивительно, но мужчина, не смотря на крупные габариты, мог перемещаться довольно незаметно.

Похоже бедокурят не мои гости, уже хотя бы что-то. Что она там высматривает?

В ответ на то, что псевдосестра отшатнулась от алхимика и фыркнула, Вайсу только и осталось, что поднять руки в немом жесте извинения за свои привычки. Наконец секундами позже подоспели и братья Флери. Эрик бросил свой оценивающий взгляд на оставшихся членов команды.

Старик неплохо потрудился. Все же его сердце, не смотря на всю свою ворчливость, доброе.

—Увы, у меня не было настроения с ним спорить, но за ночь я восстановила часть использованного яда, поэтому с превеликим счастьем сообщаю, что у меня полно язвительных шуток на этот день.

Жаль это не тот яд, что был бы нам сейчас полезен. Впрочем когда бы все шло так, как хочется в этой жизни.

—Эрик, вы говорили, что являетесь алхимиком. Надеюсь вам хватило сообразительности сделать лекарства и бомбы? Здесь оказались целые склады полезных ингредиентов.

— Сообразительности у меня в достатке, дражайшая сестра, да вот силы покинули мои плечи под конец того дня, слишком много натаскался всякого за день прошедший, пришлось отложить подобную идею до лучших времен и это меня крайне печалит, - ответил лукаво Вайс на заготовленный прошлой ночью токсин Бьярмы.

— А я как раз шла проверить, что произошло. Решила, что кто-то из вас — заскучавший сомнамбул.

— Мы тоже, я уже подумал, что демоны заняли Второй ярус и на подступах к Храмовому кварталу.

— Всех нас посетили схожи мысли. Приятно знать, что это лишь заблуждение.

Эрик шел позади Бьярмы и Аурелиана, подходя к перилам второго этажа.

— Кто-нибудь! Скорее позовите старика! — схватившись за перила, крикнула Бьярма своим спутникам, оставаясь на нижней ступени. Из всех она была самым худшим бегуном, так что не ей следовало пускаться за подмогой.

— Герр Вайс, найдите Якоба и приведите его, чтобы унять эту тварь. Как можно скорее, иначе здесь образуется новое кладбище! — немедленно отреагировал Аурелиан, спускаясь с лестницы.

— Да лечу, я лечу! - рявкнул Эрик, уносясь за Якобом. Коридоры Артели были ему как открытая книга, так что он в два счета добрался до старика. Найдя архивариуса, Вайс разбудил глуховатого мужчину, - Якоб, страж проснулся! Быстрее во двор!

Преодолев лестницу второго этажа, побоище открылось группе. Страж превращал живых в пир для штурмующих нижние ярусы чертей. Запах крови и горелой плоти бил в нос, пока от воплей агонии и настоящего ужаса разрывало уши. Наивные отчаявшиеся, что искали спасения, но нашли лишь быструю и болезненную смерть. Страж стал жерновами, что перемалывал людей. Эрику лишь оставалось поморщиться от увиденного, не смея приближаться. Он, как работник Артели, прекрасно знал, что не обладая магией, не сможет чего-либо сделать монструозной машине. Все это безумие смог прервать лишь пришедший на крики Якоб, отдавший приказ конструкту остановиться. Сыпались обвинения и проклятья в адрес мага, будто стоило еще немного подождать, пока шар не истребит последних вредителей, перебравшихся в хозяйский дом. К тому же, как специально, в этот самый момент появился инквизитор. Будто служитель порядка специально маячил неподалеку. Алхимик отмалчивался в начавшемся споре, пока разговор не затронул его самого.

— Эрик, быть может вам есть что сказать Якобу, касательно текущей ситуации?

— Господин Флери, прошу, ответьте сначала на один мой вопрос. Есть ли места для несчастных в стенах Штаба Инквизиции?

— Я откуда могу знать? Я третий день в городе, один из которых провел в постели из-за лихорадки. Но все-таки, штаб - это военная база. Храмы примут столько, сколько смогут. Поэтому, соизвольте ответить на мой вопрос, чтобы мы могли покончить с насущной проблемой.

— Жаль, - ответил то ли Аурелиану, то ли сам себе немного разочарованным голосом алхимик, а после обратился к последнему оставшемуся магу Артели, - старик, могу ли я поучаствовать в переговорах?

То ли ветер усиливался, то ли Якоба трясло от злости — он покачивался из стороны в стороны, хватаясь за свой посох, как за спасительную жердь.

— Думаешь, ты сможешь переубедить Инквизицию, если она что-то решила? — проворчал он в ответ. — Попробуй. Но знайте, что я никуда не сдвинусь.

— Здравствуйте. Господин Грау, я полагаю? -  обратился в инквизитору Вайс, получив разрешение от старика. Все же участвовать постороннему в споре без дозволения одной из сторон было недопустимо для удачного проведения беседы.

— Кто вы? Представьтесь, — потребовал всадник, присматриваясь и запоминая собеседника.

— Меня зовут Эрик, ассистент сестры милосердия и неравнодушный к данной ситуации. Скромно прошу и вас и старика выслушать меня. Все мы знаем, что Артель - это крайне опасное место, невинные жертвы лежащие здесь ныне тому доказательство. Если вы уведете господина Якоба, последнего из оставшихся колдунов, из обители магии, оставив горожан один на один с полной ловушек и охранной магии, то обрекаете всех здесь присутствующих на верную гибель. Надеюсь, вы не хотите видеть кровь детей, женщин и стариков также, как этого не хочу я. Будем же человечны! Если вы хотите использовать сие пристанище для страждущих, вы ни в коем случае не должны забирать отсюда последнего хранителя этого места, кто сможет помочь остановить очередное побоище, — Эрик вещал громогласно, расставив руки в стороны, походя на оратора у трибуны. Его взгляд источал твердость, подкрепляя слова, будто именно он печется о пришельцах, а не Грау. — Старик, теперь я лично обращаюсь к тебе, тому, кто служит этому месту последней надеждой на сохранение. Без тебя это место точно падет, его растерзают так же, как страж этих людей. Не будем думать о выгоде, не будем думать о благодарности. Наш долг, как те, кто получил помощь в час нужды, сохранить Артель! Если не ты, то кто сможет проследить за всеми собравшимися здесь? Люди в любом случае пролезут сюда, рано или поздно. Но в ваших силах не дать им творить все, что вздумается, в ваше отсутствие! Я знаю, вы тот, кто выполняет свои обязанности не смотря ни на что! Когда все ушли, вы остались, дабы это место могла вновь принять ваших собратьев! Позвольте людям найти здесь пристанище, но на ваших условиях! Когда вернуться старшие маги, тогда и будет возможность навести здесь порядок, но для этого нужно сохранить хоть что! - алхимик продолжал свою речь. Он не забывал про обе стороны конфликта, пытаясь прийти к компромиссу. — Могут ли стороны прийти к такому соглашению? - обратился к обоим мужчинам Вайс, оглядывая присутствующих и закончив свою тираду.

— Проследить?! В каждой комнате этого здания находятся ловушки, о которых известно лишь самим владельцам помещений. Пустив этих людей внутрь, мы лишь ускорим их гибель. Как ты неуважительно подметил, мальчишка, я стар! И следить успеваю разве что затем, как не забыть пообедать.

— Необязательно пускать людей в комнаты! — крикнул Грау. — Им подойдет любое место, чтобы переждать осаду. Это может быть кухня, гостиная или что у вас там есть безопасного?

— Если я их впущу — следом за ними проникнут ваши шпионы, — Якоб злобно потряс палкой и что-то пожевал, а затем уставился на Эрика. — Ты заступился за них, значит тебе за них и отвечать. Дальше вхожего зала им запрещено подниматься. Когда они начнут жаловаться на голод, холод, нужду по лекарствам и отсутствие отхожего места — это будут твои проблемы, парень. И только попробуй переложить это на мои плечи и слинять из артели — найду, мало не покажется.

Эрик обернулся на Бьярму с многозначительным взглядом, смотря на ее реакцию.

Заметив это, она лишь вопросительно изогнула бровь.

— Хорошо, я займусь вопросами организации ночлега для беженцев в Артели, — сказал Вайс, массируя брови, а после, опустив руку от лица, он обратился к инквизитору во весь свой голос, дабы и толпа услышала его, — Господин Грау, а что насчет вас? Хранитель Яков согласился помочь в столь трудный час! Окажете ли страждущим поддержку за которых вступились? Здесь они найдут кров, но вот еды на пришедших гостей попросту нет. Готовы ли вы поделиться с простым людом своими запасами провизии или оставите их на, хоть и теплую, но голодную смерть? Взываю к вашей добродетели!

— Что насчет нас? — удивленный такой наглость его собеседник с шумом выдохнул. — Не зарывайтесь, молодой человек. Инквизитор Флери, проконтролируйте, чтобы маги выполнили свое обещание. Я крайне удивлен, что кто-то из них остался в городе. Позже мы вернемся сюда за объяснениями.

Развернув коня, Грау обратился к людям:

— Артель позволила вам попасть внутрь. Сохраняйте спокойствие и не перечьте правилам этого места. Похороните тех, кто скончался.

Пришпорив коня, он выехал из толпы и пропал из виду. Люди, вдохновленные его речью, потянулись вперед, с невероятной осторожностью и медлительностью проходя за ворота. Им не верилось, что они обрели пристанище, где можно было бы обогреть промерзшие кости. В нерешительности одни остановились перед Эриком, ожидая указаний, другие припали к земле рядом с телами погибших и оплакивали их горючими слезами. Не дожидаясь каких-либо реакций, Якоб ушел в хранилище, брюзжа от недовольства язвительными нотами.

Как обычно, самые светлые и праведные бегут геройствовать дальше, отдав приказы черни разбираться с беспорядком самостоятельно. Они никогда не пойдут в ущерб себе, ведь где это видано, чтобы силы добра голодали во время войны. Эрик принял бремя лидера, ему не впервой разгребать чужие проблемы и нести ответственность. Алхимик встал перед толпой людей, что вопрошающе смотрела на него в ожидании указаний.

— Слушайте все, мое имя Эрик и я тот, кто поможет вам пережить сегодняшний день, раз никто из высоких господ не хочет нам помочь, то поможем же себе сами. Будем же работать сообща ради общего выживания! - четкий, уверенный в своих словах, голос мужчины старался настроить мысли толпы на нужный лад. Стоял целый ряд задач. Разобраться с трупами, обеспечить теплом холодный каменный зал ради живых, позаботиться о раненых. Страж вновь обернулся многоликой дверью, что внушало опаску новым постояльцам. Первым указанием для людей от Эрика было перенести неработоспособных раненых и самых ослабленных в помещение, которое было разрешено использовать Якобом а мертвецов собрать под стенами здания Артели. Оно было не отапливаемым и выполнено из камня, так что создать из зала пригодное для жизни в зиму помещение стало тем еще испытанием. Алхимик распорядился тем, в ком еще хватало прыти собирать подходящие булыжники со двора и прилегающих улиц. От тех, что размером с куриное яйцо, до тех, что доходили до объемов головы. В это время сам лидер взял небольшую группу мужчин покрепче и отправился с ними забирать из общежития обычных магов ковры, шторы и матрасы и напольные торшеры. Потихоньку плиты большого помещения начали заполняться местом, где можно разместить самых уязвимых. Наконец, получив целую гору булыжников у входа в зал, Эрик направил людей к следующей задаче - сбор хвороста и всей прочей древесины, что им попадется. Пока исполнялись новые указания, он со своим новым отрядом беженцев залез в сарай и принес дрова для создания огромного костра. Разложив камни у самого основания и дождавшись возвращения добытчиков алхимик вновь обратился к толпе.

— Пора нам проститься с близкими, что покинули путь первыми. Пусть этот костер станет последним очагом и пристанищем  для них, а для нас факелом надежды! Не оставим их костям мерзнуть в земле, а предадим пламени, как подобает! Мы, граждане Фестберга, выживем! Нас не сломить никаким трудностям! Ушедшие до нас будут с гордостью рассказывать Десяти о том, как мы движемся наперекор злой судьбе! - Эрик толкнул небольшую речь, душевные раны бывают не менее опасны, чем телесные.
Нужно дарить людям хотя бы небольшой лучик надежды, иначе они станут неуправляемой катастрофой, какой попытались быть, проникнув в стены Артели. Впрочем у всей процесса была и еще одна практическая часть - тела стали таким же топливом для пламени, как и дрова. Проблемы на всем этом не закончились. Вайс направился с другими мужчинами на кухню, дабы взять оттуда котлы на ножках и печные рукавицы. Пришла пора реализовывать родившийся в голове Эрика план. Камни лежавшие в пламени, что были собраны заранее, потихоньку поглощали жар погребального костра, запасаясь теплом. Через несколько часов часть камней были вытащены из пламени и помещены варежками в металлическую посуду, которую после поместили в зале. Пока шло время, Вайс занимался ранеными, все же он оставался дипломированным врачом. Наконец, в холодном зале появились источники тепла без угрозы удушить угарным газом и дымом размещенных жителей. К сожалению, пока что вариантов лучше просто не было. Дальше новоиспеченного лидера ждала прачечная, откуда были взяты веревки для сушки. Закрепив канаты над головами между стен и напольных торшеров как точек опоры, алхимик использовал шторы, дабы удержать поднимающийся к высокому потолку горячий воздух по возможности внизу. Лагерь организован. Все это время Эрик руководил людьми отдавая простые и понятные команды, не требуя от народа чего-то невыполнимого, не забывая участвовать в каждым из имеющихся вопросов. Он вел себя как настоящим лидер, хотел он этого, или нет. Не в его порядках было работать спустя рукава.

Я уже жалею, что вписался во все это, - подумал про себя Эрик, вновь массируя брови и разминая плечи.

Отредактировано Эрик Вайс (26-02-2025 21:21)